Книга Двенадцать королей Шарахая, страница 230 – Брэдли Бэлью

— Ты хочешь схватить Хамзакиира и надеешься застать его врасплох во дворце Кулашана, так?

Эмре вгляделся в его лицо, пытаясь понять, что у Масида на душе, но тот лишь кивнул, не отрывая взгляда от реки.

— Так.

— Кое-кто будет там в ночь Бет За'ир. Она собирается убить Кулашана.

Масид нахмурился, сморгнул забившийся в глаза песок.

— Убить Короля непросто.

— Но она попытается это сделать. А я ей помогу.

— И как же?

— Отвлеку Короля. Или его охрану. Или всех сразу.

— С нашей помощью.

— Да.

— Ты знаешь, что мой отец спланировал все после Бет За'ир. И знаешь, что если во дворце Кулашана все пойдет как надо, у нас дел будет невпроворот.

— Знаю. Но как часто выпадает возможность убить Короля?

— И как же она планирует сделать то, что до этого ни у кого не выходило?

— Она знает его тайну.

— Какую?

— Связанную с ночью Бет Иман. Давно утраченную.

— Нашла какой-то свиток? Какой-нибудь колодец, предсказывающий будущее?

Эмре подумал, не солгать ли ему, но в истории Чеды была своя правда, сила, которую такой человек, как Масид, опознал бы.

— Ее мать оставила в книге зашифрованные стихи. Она смогла разгадать шифр, будто сами боги ей помогли.

— Как ее зовут? Кто она?

— Чеда. – Отпираться было бесполезно. Хамид наверняка ему рассказал.

— Чедамин Айянеш.

— Да, – сказал Эмре, удивленный, что Масид знает ее имя.

Тот помолчал, облокотившись о колени. В его глазах зажегся странный огонек, губы тронула улыбка.

— Хорошо, Эмре. Мы выступим ночью Бет За'ир и посмотрим, сможет ли она исполнить свои мечты.

— И получим то, чего желаем мы.

— Да. – Масид потрепал его по колену. – Получим.

Он поднялся и не спеша пошел к склону.

— Подожди! – крикнул Эмре. Что-то было не так. Слишком уж легко он согласился. – Ты знаешь Чеду? Ты знал ее мать?

Масид обернулся, бросил на него понимающий, насмешливый взгляд, будто знал и чувствовал много больше, чем говорил.

— Может, и так, Эмре! – ответил он, спускаясь в канал. – Может, и так!

Песчаная буря выла вокруг, но Масид шел вперед, будто ничего не замечая. Мгновение, и даже силуэт его исчез, как не бывало.

В полдень накануне Бет За'ир Ихсана вызвали в Закатный дворец Кирала, Первого среди Королей. Добравшись до вершины Таурията, он обнаружил самого Кирала, меряющего шагами внутренний двор, и Навакама, главнокомандующего стражи, ветерана, тридцать лет служившего Королям. Навакам стоял перед ним… впрочем, «стоял» было несколько не то слово: он шатался, его трясло, кровь запеклась везде – видно, только что имел разговор с их самопровозглашенным маленьким Исповедником, Кагилем, со скучающим видом маячившим позади Кирала. Мальчишка даже переодеться в чистое не удосужился – слишком любил свою работу, и усердие часто делало все его труды напрасными: он сразу кидался пытать заключенных, вместо того чтобы дать Зегебу и Ихсану время своими методами вытянуть из них нужные сведения. Частенько это играло только на руку врагу, но пойди докажи это Кагилю или Киралу – человеку гневливому, резкому, не желающему ждать, когда вскроются чьи-то там мотивы.

По-хорошему, следовало прийти и Онуру, все же Копья были под его командованием, но Король Лени давно перестал интересоваться происходящим за пределами его дворца, а Кирал, в свою очередь, перестал интересоваться, что думает Онур.