Книга Король старьевщиков, страница 89 – Кассандра Клэр

— Да, – сказала она. Она испытала некоторое облегчение, признавшись в этом вслух. – Его цель – испытать меня. Узнать, являюсь ли я на самом деле Богиней. И когда он убедится в том, что это не так…

— Могу дать тебе совет, – произнес Андрейен, по-прежнему глядя вдаль. – Насколько я понимаю, сейчас ты пытаешься узнать все, что можно, прежде чем – как ты считаешь – ты неизбежно провалишь любое испытание, какому он подвергнет тебя. – Он повернул голову. – Тебе подвластна магия, Лин. Сосредоточься не на том, чтобы обмануть Арона во время испытания, не на времени, которое летит слишком быстро. Сосредоточься на том, чтобы пройти испытание. Я верю, что ты сможешь это сделать.

Лин была слишком изумлена, чтобы отвечать; а он, казалось, и не ждал ответа. Он молча вернулся в дом и закрыл за собой дверь.

Она оказалась права насчет трудностей с передвижением по городу. Было около полудня, и все, кто мог ходить, вышли на улицы; жители Кастеллана услышали о красоте чужеземной принцессы, им не терпелось отпраздновать ее приезд. (Всем, кроме молодых девушек, которые горевали о том, что наследный принц скоро женится и станет недоступным для них; они бродили по городу с безутешным видом, и к их груди были приколоты алые ленточки, которые символизировали разбитые сердца. Лин считала все это в высшей степени нелепым.)

Цветком Кутани был белый жасмин. Чуть ли не на каждом балконе был выставлен горшок с белыми цветами; каждая дверь была украшена венком из жасмина. В воздухе висел густой, маслянистый, сладкий аромат. Вместе с жасмином были выставлены желтые розы, символ Дома Аврелианов, а с подоконников свешивались яркие шелковые флаги Кастеллана.

В центре, на улицах, которые вели к главному проспекту города, народу было еще больше. Граждане Кастеллана надели яркие праздничные наряды. Преобладали, естественно, алый и золотой цвета, но попадались и малиновые, и зеленые, как лайм, костюмы таких насыщенных цветов, что их хотелось съесть. Женщины украшали себя венками; мужчины прикрепляли букетики к петлицам или нагрудным карманам.

Лин сообразила, что она одета совсем не по-праздничному и выделяется из толпы. С другой стороны, люди сразу понимали, что она из Солта; прохожие равнодушно скользили взглядами по ее лицу и платью и отворачивались, тут же забывая о ее присутствии, как обычно. Никто и не предполагал, что ашкары будут праздновать события вроде королевской свадьбы. В конце концов, они не граждане Кастеллана.

Вскоре Лин очутилась среди группы подвыпивших студентов, которые громко переговаривались, не стесняясь окружающих; толпа увлекла ее дальше по улице, и она смогла выбраться из давки лишь через несколько кварталов, где-то поблизости от улицы Поющих Женщин. Раздраженно хмурясь, она стряхнула пыль с юбки и срезала путь через Храмовый квартал к Кварталу фонтанов, где жила ее первая пациентка, Зофия Ковати.

Она нашла Зофию в отличном настроении. В молодости Зофия плавала на пиратском корабле и с тех пор носила черную повязку на глазу. Сегодня она была одета в старомодное платье из тафты с кринолином и морской китель, застегнутый на все пуговицы.

— Вечером на улицах будет музыка, – мечтательно произнесла Зофия, когда Лин опустилась на пол, чтобы осмотреть опухшие щиколотки больной. – Аврелианы умно придумали – женить наследного принца на девушке из Кутани.