Книга Тень отступника, страница 51 – Артём Гармашов

Нар'миир молчал. Карвек поморщился, будто каждое следующее слово давалось ему через силу.

— Я могу поговорить с иларом. Попросить разрешения в обход устава. Ты не подарок, но тархан из тебя хороший. Илар ко мне прислушается. Не беги из-за того, что можно решить приказом и печатью.

Повисла тишина.

Нар'миир смотрел на узденя — на багровое лицо, лопнувшие капилляры у носа, жёлтые глаза. Сейчас в них не было обычной насмешки. И от этого становилось только тяжелее.

Он вспомнил вчерашний день. Белый песок арены. Претендента, который не поднял оружие. Лейфара, ударившего без колебания. Толпу, которая ревела, будто видела честный поединок. Вот это Нар'миир и не мог больше вынести. Не смерть. Ложь вокруг неё.

— Малис мне дорога, — сказал он тихо. — Очень дорога. Но я ухожу не только из-за неё.

Карвек нахмурился.

— Я не предаю армию. И сотню не предаю. Если Кара'Тагу понадобится мой меч, я приду. Как положено по уставу, — Нар'миир помолчал. — Но сейчас я не могу оставаться здесь.

Уздень долго смотрел на него. Потом клацнул зубами.

— Хорошо, — сказал он. — Будь по-твоему.

Карвек взял перо, обмакнул в чернильницу и размашисто вывел несколько слов внизу рапорта. Потом сложил свиток и убрал в стопку бумаг.

— Отчёт по десятке сдашь сегодня. Долги за снаряжение закроешь у Грола. Или сдашь доспех в оружейную.

Нар'миир кивнул и пошёл к двери.

— Нар'миир.

Он остановился, не оборачиваясь. Карвек не сразу продолжил.

— Ты был хорошим тарханом. Со временем мог стать узденем.

Нар'миир ничего не ответил.

Вышел, притворив за собой дверь, и направился к интендантской.

У интендантской почти никого не осталось.

Последний нукер вышел из двери с мешочком в руке. Монеты внутри звякнули, когда он перекинул его с ладони на ладонь. Нукер мельком глянул на Нар'миира, кивнул и зашагал прочь.

Нар'миир толкнул дверь.

Внутри пахло сыростью, старой бумагой и перекисшими чернилами. Грол сидел за столом, перебирая свитки. Рыжая борода была заплетена в три косы; левая сторона головы, где не хватало уха, темнела старым рубцом.

Дварф поднял глаза.

— Тархан, — сказал он ровно, но без обычной ворчливости. — За премией?

— Не только, — ответил Нар'миир, останавливаясь перед столом. — За полным расчётом. Ухожу.

Грол замер.

Свиток в его коротких пальцах сам свернулся обратно в трубку.

— Уходишь? — переспросил он. — Совсем?

— Рапорт подал. Уздень принял.

Дварф помолчал. Потом хмыкнул, достал чистый лист и обмакнул перо в чернильницу.

— Ну, дело твоё. Устав позволяет.

Он зашелестел бумагами, нашёл учётную книгу десятки Нар'миира и раскрыл её. Провёл пальцем по строчкам, шевеля губами.

Потом поднял глаза.

— Снаряжение, — сказал Грол, не отрывая пальца от строки. — Сдашь в оружейную?

Нар'миир покачал головой.

— Выкуплю.

Дварф поднял на него глаза.

— Уверен? Осталось немало. А жалования у тебя теперь не будет.

— Выкуплю, — повторил Нар'миир. — Я к нему привык. И на ферме пригодится.

Грол фыркнул.

— На ферме. Конечно. Корову в полном доспехе доить будешь?

— Если понадобится.

Дварф хмыкнул, снова склонился над книгой. Перо заскрипело по бумаге. Грол считал долго: сверял строки, загибал короткие пальцы, пару раз возвращался к уже прочитанному. Потом отложил перо и подвинул к Нар'мииру исписанный лист.

— Выкуп снаряжения. Долги по вычетам закрыты. Остаток — здесь.