Книга Тень отступника, страница 54 – Артём Гармашов

— Твои силы нужны Ниру, — сказал он. — Девочкам. И тебе самой.

Она замерла. Свет на пальцах погас.

Нар'миир разжал пальцы и отпустил её.

Некоторое время они молчали. Потом обошли поле вдоль изгороди. Солнце давило в затылок, пыль скрипела на зубах. Нар'миир оглядывал ферму по старой привычке: что сломано, что ещё держится, за что браться сначала.

— Значит так, — сказал он. — Дровник почти готов. Забор вдоль тропы стоит. Корова одна, и та держится из упрямства. Посевы плохие. Дальняя земля заросла сухостоем.

Он посмотрел на Малис.

— Что спасаем первым?

Малис горько усмехнулась.

— Корову. Она хотя бы не кашляет.

Усмешка быстро сошла с лица.

— Я семь лет пытаюсь их вылечить. Сама. С целителями. Отварами, настоями, магией. Всё впустую. Моих сил не хватает, а хороший целитель стоит столько, сколько мы за год не соберём.

Нар'миир остановился. Посмотрел на дровник, потом на стены столицы, дрожащие в горячем мареве у горизонта.

— Дровник подождёт до осени, — сказал он. — Я найду деньги. На лечение. На всех вас.

Малис долго смотрела на него.

— Тогда ты зря ушёл из армии, — сказала она тихо. — Столько, сколько платили тархану, в городе просто так не дают.

Он понял, что она не хотела задеть. И всё равно промолчал.

Нар'миир повернулся к Сар'Келе. Там, за стенами, остались казармы, жалование, устав и всё, от чего он только что ушёл. Но там же были люди, которым мог понадобиться меч. Или руки. Или тот, кто не станет задавать лишних вопросов.

— Значит, найду работу в городе, — сказал он. — Не тарханом. Кем-то другим.

— Кем? — спросила Малис. — Головорезом?

Она попыталась усмехнуться, но усмешка вышла кривой.

— Говорят, их кормят в тюрьме. Правда, недолго.

Малис взяла его за руку. Нар'миир только тогда понял, что сжимал пальцы в кулак. Её ладонь была сухой и холодной после магии.

В доме, у чердачного окна, мелькнули две тени. Близняшки смотрели на них, прижавшись друг к другу.

Нар'миир встретился с ними взглядом. Потом снова посмотрел на стены Сар'Келы.

Сегодня он пойдёт туда. Без плаща. Без знака тархана. Без права требовать. Но позже. Сейчас он ещё держал её руку.

08.06.935 Эпохи «Совета десяти»

Нар'миир вошёл в город к полудню и к вечеру так и не нашёл, куда приложить руки.

Сначала он держался широких улиц. Прошёл мимо кузниц, лавок, складов у нижних ворот. У одного возчика спросил, не нужны ли руки для разгрузки. Тот оглядел его доспех, шрам на щеке, меч у пояса и сказал, что люди уже наняты.

В кожевенной мастерской даже не дослушали. Владелец, сухой тёмный эльф с красными от едкого дыма глазами, только мотнул головой:

— Мне работник нужен, не стражник.

К вечеру Нар'миир свернул в узкие улицы Сар'Келы, где солнце почти не доставало до мостовой, а в тени пахло плесенью, кислым вином и мокрой шерстью. Над головой сушилось бельё, протянутое между домами. Из подворотен тянуло дымом, рыбой и помоями.

Он проходил мимо мастерских и лавок, вслушивался в разговоры, задерживался у объявлений, прибитых к столбам. Возчики. Подмастерья. Носильщики. Писцы. Ученики.

Нигде не требовался бывший тархан.

Старые знакомые остались за стенами казарм. Ризаан. Канзаф-эль. Нукеры его десятки. Даже Грол.

А возвращаться Нар'миир не собирался.

Он сам не заметил, как вышел к «Трём корням».