Книга Ворон из рая, страница 104 – Тисато Абэ

Стоял летний день. Сезон дождей только что закончился. На ярко-синем небе громоздились объемные кучевые облака, белая цапля, широко раскинув крылья, неторопливо пролетела над местом каторжных работ. Похоже, утром прошел ливень: несмотря на резкие солнечные лучи, воздух был чист и пах свежестью. От отраженного света болели глаза, а прохладный ветер над дамбой перебирал слегка растрепанные волосы Тоби.

Вскоре над трудовым лагерем раздался звон часов. Настало назначенное время. Проверив, отдалился ли Хакурику-ко с подчиненными, мальчик, чтобы сообщить, что он в безопасности, встал на цыпочки и изо всех сил замахал руками.

— Со мной все в порядке! Освобождайте заложника! – сложив ладони рупором, закричал он и прислушался.

Ответа не было.

— Дзюдзо, это я. Освобождай заложника-а! – добавил он и еще сильнее замахал руками.

Но внизу, на опустевшем дне за дамбой, виднелись лишь брошенные конюшни и инструменты.

— Эй! – почти с мольбой снова крикнул Тоби и подал знак. – Я здесь!

Он кричал до хрипоты, пока не пересохло горло, и продолжал махать руками, пока не ощутил боль в плечах. Однако никто не откликнулся. Мальчик умолк, только когда совсем охрип. Пот стекал по подбородку и капал на тесаный камень. По-прежнему стоя на месте, Тоби медленно опустил руки. Никто не придет. Он осознал, что его бросили.

— Бедняга!

Неизвестно, сколько времени он так простоял, рассеянно глядя перед собой. Очнувшись, мальчик увидел Хакурику-ко совсем рядом, на расстоянии вытянутой руки.

— Похоже, твои товарищи оказались не такими идеалистами, как ты.

Это было сказано не с иронией, Тоби кожей почувствовал, что ему действительно сочувствуют, но почему-то у мальчика вырвался сухой смешок.

— …Ничего не поделаешь.

— Довольно быстро ты смирился.

— Если кто-то скажет мне: «Так тебе и надо», возразить и нечего.

Видимо, таков естественный исход грязной затеи, упрекнуть Дзюдзо не в чем. Только сейчас Тоби осознал: он смутно предчувствовал, что так произойдет. Мальчик не испытывал отчаяния оттого, что его бросили, а молился об одном: чтобы с товарищами и Ясухарой Хадзимэ все было в порядке.

— Если только и делать, что сдаваться, ничего не добьешься, – глядя на Тоби и совсем не пытаясь его утешить, произнес Хакурику-ко.

— Назвать себя главой Подземного города и оказаться всего лишь таким человеком – это меня сильно разочаровывает.

— Не поспоришь.

Управлять Подземным городом – значит получить признание всех жителей Таниай. В тот момент, когда они его бросили, он понял, что больше не вправе называть себя главой.

— Вообще я ожидал, что все этим кончится.

— …Ты знал и все равно принял мои требования?

— Да. Именно так. Я все знал, – странно спокойно произнес Хакурико-ко, что насторожило Тоби.

В этот момент послышались пронзительные крики ятагарасу, принявших птичий облик. К ним приближались черные силуэты. Несколько коней возвращались к месту работ.

— А, как раз вовремя.

Было непонятно, что имел в виду Хакурику-ко.

— Что? – пробормотал Тоби.

И тут летящие кони вдруг стали лишаться сил.

— Скорее! Иначе Тоби убьют! – крикнул Така и отчаянно заколотил по голове Тихаю, несущего его в облике птицы.

Вызволив Хадзимэ, он и Ёрито поспешили к месту обмена заложниками. Они сильно опаздывали. По словам Таки, обмен должен был состояться на строящейся дамбе, которую они посещали недавно. Ёрито не думал, что Хакурику-ко сразу убьет Тоби, но мальчик переживал за него и потребовал лететь вместе.