Книга Сквозь Мглу, страница 38 – Ник Юхарт

Она помолчала, подбирая слова.

— Где ты научился так двигаться?

Вопрос был неожиданным.

— Что ты имеешь в виду?

— Мой отец заметил тебя, только когда ты подошел почти вплотную. А его очень сложно провести, — она с гордостью посмотрела в сторону Паркона. — Он бывший «Следопыт».

Позволил себе легкую усмешку. — Да? Странно. А я был уверен, что он следит за мной от самого Копьево.

Инеж удивленно приоткрыла рот, а потом ее губы тронула улыбка.

— Научился этому в большом городе, — ответил уже серьезнее. — Там это было нужно, чтобы выжить.

Она посмотрела на меня с новым, неподдельным интересом. — А… можешь меня научить?

Я посмотрел на Инеж, потом на спину ее отца. — Конечно. Если ты хочешь, чтобы после первого же урока он прострелил мне затылок…

* * *

Мы приехали.

Под ногами был мелкий, хрустящий гравий и толстый слой пепельно-красной пыли, которая при каждом шаге поднималась в воздух, оседая на одежде. Сам воздух был неподвижным и тяжелым, густым, вязким, как сироп. Я не чувствовал никаких запахов. Цвета поплыли. Серый камень под ногами вдруг подернулся маслянистой, радужной пленкой. Небо приобрело неестественный розоватый оттенок. А главное — звук. Все посторонние звуки будто исчезли. Слышал только оглушительный стук собственного сердца и хрип своего дыхания.

Тишина «Дыры» была тяжелой, плотной, давящей на барабанные перепонки, как глубинная вода. Мы остановились на ее краю.

Паркон закинул на плечо полевой рюкзак. Его движения были экономичными, как у старого волка.

— Сиди здесь, Инеж. Успокой клаттера, если начнет нервничать.

Эти твари чувствуют Разрывы, как животные — землетрясение. У клаттерхофов есть уникальный, рудиментарный орган, которого нет у других существ — вибрирующая железа — та самая дрянь у основания черепа, о которой писали в умных книжках.

— Идем. — Голос Паркона был сухим. Я инстинктивно сжался, пальцы сами собой сомкнулись на рукояти стилета. Он заметил. Не усмехнулся, просто кивнул, будто увидел то, что и ожидал.

— Выдохни пацан. Я собираюсь показать тебе, почему твой нож здесь — просто кусок хлама. Возможно, это спасет твою шкуру в будущем. Скажу больше — я в этом уверен. Ступай след в след. Не думай. Понял?

— Как скажешь, папаша…

Он пошел первым. Я — за ним, по пятам.

Паркон плыл над этой проклятой землей. Его походка была продуманной. Он как будто читал невидимую грамматику этого грёбаного места. Вот он замер, поднял с земли камень, неотличимый от тысячи других, и легким движением метнул его на пару шагов вперед.

Камень не долетел до земли и был стерт из реальности. Вспышка без света, тихое шипение, словно капля воды на раскаленной сковороде, — и пустота. Там, где секунду назад был камень, не было ничего.

Кишки скрутило. Старик просто обошел это место, не меняя выражения лица.

Глядя ему вслед, я чувствовал, как животный ужас начал плавиться, смешиваясь с чем-то новым. Уважением. Этот старый хрыч не был сумасшедшим. Он действительно понимал эти Преддверия. Его глаза видели дрожь воздуха там, где, казалось, висит лишь марево. Он замечал неправильный изгиб уродливого, похожего на окаменевший коралл, растения и видел в этом закономерность. Стала очевидна простая, но убойная истина: знакомые законы физики тут работали через одно место.