Книга Последний берег, страница 170 – Олег Плескач

Внутренний голос подсказывал Максиму, что это путешествие — не только опасный поход, но и поиск самого себя, своего истинного «я», которое сформировалось только теперь, в этом вихре страшных событий.

Волнение усиливалось. Максим думал о том, как поделиться своими историями, переживаниями, да и делиться ли вообще. Он опасался непонимания. В его сердце надежда боролась со страхом. Он надеялся, что близкие примут его таким, каким он стал. Его и… Перехватило дух — его и его новую семью. Но страх говорил о том, что эти перемены могут стать преградой в отношениях со своими.

Люди, собравшиеся у берега, наконец, узнали его и Кирилла. Все махали им, радостно приветствовали.

Когда три суденышка, наконец, пришвартовались, Максим вместе со спутниками спрыгнул в глиняный прибой. Ноги подрагивали. Берег казался знакомым, но при этом чужим.

Навстречу им сквозь толпу встречающих прорвались родители Максима — он заметил, что они как будто постарели, пока его не было. Но когда он сошел он берег, их усталые лица озарились счастливой улыбкой, и они будто вновь помолодели. На лицах их он прочел две эмоции: привычное беспокойство и вместе с тем уважение. Они будто снова увидели его в первый раз, как тогда, полжизни назад, на собрании.

На встречу Кириллу вышел, прихрамывая, его дядька, Серега. Они обнялись, а Миша радостно прыгал вокруг них и лаял.

Когда теплые объятия близких ослабели, к путешественникам подбежали остальные односельчане. Максим слышал приветственные слова, видел улыбки, чувствовал крепкие рукопожатия, похлопывания по плечу. Таня, Марта и Алина стояли в стороне, не отходя далеко от прибоя. Местные смотрели на них удивленно, но в целом дружелюбно.

Известие о героической гибели Влада «в битве со стихией», как сказал Максим, встретили со скорбью, но без сентиментов — двое охотников, хороших знакомых Влада, дали три залпа в небо, и радость от встречи вернулась в толпу. Максим так и не продумал, как именно он расскажет своим обо всем, что видел на соседнем острове, а потому прикинулся жутко уставшим и в ответ на все расспросы отвечал, что долго рассказывать, сначала надо передохнуть, и вообще он на ногах не стоит. Односельчане понимающе закивали и пошли провожать вернувшихся блудных сынов домой. Несколько молодых парней с кряхтеньем взяли их рюкзаки, кто-то привязывал лодки к штырю на берегу. Путники, во избежание лишних вопросов, заранее разобрали трофейное оружие и рассовали по сумкам. Другие, улыбаясь, подошли к трем гостьям и принялись аккуратно, но упорно облеплять их вопросами. Однако две тётушки в годах, сразу понявшие, что к чему, быстро разогнали незадачливых кавалеров.

Потом подбежала девчонка с деревянным подносом, на нем — бутылка и два стаканчика. Максим с Кириллом опрокинули по стопке за встречу, и односельчане засмеялись. Все наперебой рассказывали, как были поражены и рады появлению электричества. Однако заход солнца всех огорчил. К прибывшим подбежал поселковый врач, Семен Ильич, оглядел их, покрутил перед глазами фонариком, расспросил о самочувствии, о жалобах. Потом сказал, что при первых же симптомах недомогания готов принять их в любое время без очереди. Похвалился, что теперь, с появлением электричества, сможет чуть ли не чудеса творить. Еще отметил, что с тех пор, как похолодало, люди перестали жаловаться на мигрень. Потом врач увидел аптечки, которые привезли с собой путники. Он с восторгом схватил их и понес в лазарет, который был открыт круглые сутки. А если там врача не было, значит, вместо себя он оставил медсестру.