Книга Последний берег, страница 169 – Олег Плескач

— Ты прав. Я тоже так думал — типа, все вместе только погибают, а спасаются — поодиночке. Но раз есть шанс, надо вернуться к своим и позвать.

Они пожали руки, обнялись.

«Курс на северо-восток! — скомандовал Максим, — домой!»

Никто из путников еще не ходил по морю в абсолютной темноте, да еще и на морозе. Ни луны, ни звезд — черная пустота над головой. Черная пустота вокруг и черная бездна внизу. Перемену курса женская половина команды восприняла без особого восторга, но делать было нечего. Если бы они не были на сносях, Максим с Кириллом сразу заявили бы: «Не нравится — за борт и гребите, куда хотите!» Отношения отношениями, а друзья и дом дороже. Но теперь подружек приходилось беречь. Если бы не компас, заблудились бы путешественники в первый же день. Утонуть бы не утонули — их бы рано или поздно прибило либо к острову, либо к материку. Если бы они быстрее не замерзли насмерть.

Максим сидел и снова вглядывался в блики на воде вокруг плота, освещенного костерком. Сердце волновалось, ведь впереди — родной остров, маленький поселок, где он провел последние десять лет, почти треть жизни. Годы, полные испытаний, страхов и невзгод, но все равно дорогие сердцу и даже по-своему счастливые. Поднимаясь на борт, он сказал себе, что не будет скучать по этой богом забытой глуши, но сейчас он уже не был в этом уверен. Это тоскливое, вечно холодное и неуютное место стало его домом. Если он выберется оттуда, на самом ли деле он не будет скучать? Может, будет? А если будет, то по чему же именно? По самому острову? Так он больше не будет таким же, каким был последние десять лет — теперь он будет темным и холодным, никакого полярного дня, никакого солнца, никакой жары выше нуля летом. Или он будет скучать по стабильности, царившей на давно знакомом острове? Но что это за стабильность? Стабильный риск быть разорванным дикими зверями или получить пулю от агрессивных соседей? По чему же он будет скучать? Точнее, уже начинает скучать. Или это просто страх неизвестности?

За этими размышлениями он и провел несколько часов плавания по темным водам. Наконец, взгляд выцепил огоньки на горизонте. В сердце кольнуло. Он сверился с компасом, с истрепавшейся мятой картой островов — это должен быть мыс Надежный. А огни — это его поселок. Вдруг в животе ухнуло — он вспомнил недавнее видение, пожары, крики. Но, прильнув к биноклю, он успокоился — это были неподвижные мирные огни маленького ночного поселка, проглядывающие из-за хиленького частокола. Знакомые очертания берега, землянки, дымок от печек и костров, поднимающийся в черное небо, и в этом небе тающий.

С каждой минутой берег становился всё ближе, и волнение усиливалось. Он не знал, как его встретят — прошло не так уж и много времени, но он сильно изменился. Он чувствовал это. Но он знал — даже если его и примут радушно, встраиваться обратно в эту старую жизнь он не станет. Они с Кириллом заберут из посёлка своих близких и уплывут на материк. Главное, чтобы близкие захотели с ними.

Караван медленно приближался к берегу. Максим видел, как на берегу собираются люди, его земляки. В руках у многих фонари, настоящие, электрические, половина — с ружьями.

В голове Максима роились воспоминания: запах родного дома, смех друзей, голоса родителей. Эти воспоминания согревают и тревожат одновременно. Он понимает, что уже не сможет смотреть на мир так, как раньше.