Книга Виват Россия!, страница 134 – Андрей Булычев

— Ну что же, будем считать, что это воля покойного, – промолвил Егоров. – Я понял, Иван Макарович, осталось нам только эту войну закончить и вернуться домой.

Громыхнул залп почётного караула, ушла вдаль колонна русских войск, а на берегу далёкой реки в Италии остался стоять на братской могиле очередной крест.

— Принимаем раненых! – суетился во дворе миланской виллы первый помощник полкового врача Стринадко Онисим. – Илья Павлович, у меня здесь два десятка тяжёлых. – Он махнул рукой в сторону подъезжавших повозок. – И на конях ещё три дюжины легкораненых.

— Заносим первыми тех, кого нужно срочно оперировать! – распорядился Дьяков. – Затем всех остальных, глядя по тяжести ран. Вы как сами? Может, отдохнёте?

— Нет. Успеется. Сейчас, только умоюсь. Пропылился сильно в дороге. Митроха! – крикнул он прибывшему с повозками младшему лекарю. – Показывай, кого первыми заносить! Я сейчас!

Подбежавшие нестроевые начали перекладывать на носилки с подвод первых раненых, а из окон здания уже слышались отрывистые команды: «Спирта побольше сюда! Перевязочные несём! Все лампы и свечи зажечь! Быстрее, быстрее шевелимся!»

Алексей, подъехав к зданию главного штаба у Миланского собора, осадил лошадь. Подбежавший солдат принял поводья, и он пошёл к ступеням каменной лестницы, возле которой с двумя своими офицерами стоял командир конно-егерского эскадрона.

— Ваше превосходительство, великий князь в главный штаб доставлен, ваш рапорт генерал-фельдмаршалу передан, пленного забрал к себе генерал-квартирмейстер! – доложился Воронцов. – Алексей Петрович, вам бы, может, лучше подождать? – произнёс он, понизив голос. – Там Суворов с великим князем в кабинете заперся, из-за двери такой крик доносится, мне аж самому страшно стало, поскорее сюда вышел.

— И долго они там так «беседуют»? – поинтересовался Егоров.

— Да уж полчаса это точно.

Дверь во дворец распахнулась, и стоявшие при ней часовые вскинули фузеи с примкнутыми штыками в салюте.

— Осторожно, ваше высочество, тут ступенечка! – Суворов, низко кланяясь, семенил перед великим князем. – Не извольте беспокоиться, Константин Павлович, сейчас вслед за вами и свита тоже выйдет! Карету их высочеству! – крикнул он на всю площадь.

Мимо Алексея прошёл пунцовый, со следами слёз на щеках великий князь, а Суворов, развернувшись, забежал внутрь здания.

— Однако, – озадаченно пробормотал Алексей и пошёл за ним следом.

— Всех под суд! Это так вы своё дело исполняете! – слышался гневный голос фельдмаршала из караульной комнаты. – А вы мальчишки! Вы будете мне отвечать за его высочество! Если вы пустите его делать то, что он теперь делал, то я вас отправлю государю! – долетело из-за дверей. – Бегом за князем! Он что, один будет там стоять?! Ну-у!

Вся свита Константина в количестве десяти человек во главе с генералом Сафоновым буквально вылетела из караулки и понеслась к выходу из дворца.

— Бестолочи! – выругался Суворов и, переведя взгляд на замершего по стойке смирно Егорова, смягчился лицом. – Ага, егерь императрицы?! – хмыкнув, произнёс он доброжелательно. – Пошли ко мне в кабинет. Не бойся, более браниться не буду. Всё знаю! – зайдя внутрь комнаты, резко бросил он, встав перед Егоровым. – Мне уже и Розенберг, и Чубаров обо всём подробно доложились. Много людей потерял?