Книга Виват Россия!, страница 131 – Андрей Булычев

К рухнувшему телу метнулись двое. «Бам!» – разрядил пистоль в одного из них Лужин.

— Федя, живым второго! – крикнул Алексей. – Край как нужен!

Соловьёв с Аникеевым, орудуя штыками, прикрыли Цыгана, а тот, рванув вперёд, ударил по голове оставшегося у тела рукояткой пистоля и, перекинув его через плечо, потащил назад.

— Прикрываем фельдфебеля! – рявкнул Осокин, орудуя саблей.

— Отходим, братцы! – скомандовал Алексей. – Пятимся, пятимся назад!

Уже в сумерках измождённый непрерывным многочасовым боем арьергард добрался до деревни Бассиньяно, расположенной около реки, ещё немного – и его непременно бы смели подходившие резервы противника. А уж о том, чтобы переправляться на остров Мугароне, не было и речи.

Выручили два батальона из Низовского полка и батальон апшеронцев, приведённые генерал-майором Милорадовичем. Ударив с ходу в штыки, они остановили напор французов и заставили их пятиться.

— Отходите на остров, Алексей Петрович! – крикнул Михаил Андреевич. – Темнеет. Самое время сейчас вам отходить. Князь на острове, оберегайте его!

— Почему он ещё на острове?! – перекрывая шум боя, крикнул Алексей. – Его на пароме первым нужно переправлять!

— Нет парома! – отмахнулся тот. – Местные, сволочи, канат перерезали! Казаки припустились по берегу за ним! Да вот когда только притянут! За мной, братцы! – потрясая саблей, прокричал он призывно. – В атаку! Ура!

— Ура-а! – подхватили клич пехотинцы. – Ура-а-а!

Мимо тяжело дышавшего Алексея бежали со штыками наперевес солдаты.

— Папа! – кинулся к Егорову военный в треуголке. – Папа, живой!

— Ильюха! – Генерал крепко обнял его. – Живой я, сынок, живой, чего же мне сделается.

— Ура-а! – гремел впереди атакующий клич.

— Пора мне, папа! Там рота! – И Илья, оторвавшись, бросился вслед за солдатами.

— Господи, спаси раба твоего воина Илию и огради его… – шептали молитву обветренные губы.

— Ваше превосходительство, разрешите переходить?! – подбежав, спросил Осокин. – У нас на руках семеро раненых, пятеро убитых и ещё одного пленного выносим!

— Переходите, Тимофей Захарович! – разрешил Алексей. – На острове каждому раненому сразу начинайте оказывать лекарскую помощь! У Воронцова там, на вьюках, всё для этого есть, ещё и Онисима специально из лазарета с собой захватили! Всё, Захарович, переходите!

В той стороне, откуда только недавно вышел арьергард, постепенно отдаляясь от берега, гремел бой. Батальоны Милорадовича теснили штыками неприятеля. Где-то там, сражаясь со своей ротой, был его Илья. Алексей развернулся и пошёл к воде.

На широком, вытянутом вдоль течения реки острове расположились отступившие силы генерала Розенберга. Вот уже два часа, как убыли для поисков уплывшего по течению парома казаки. Переправа не работала.

— Худо дело, Алексей Петрович, – беспокоился Розенберг. – Последними апшеронцы сюда переправились, я уже и великого князя уговорил отплыть, глядь, а парома-то и нет, канат перерезанный только лишь один в воде виднеется, и местные на лодках вёслами машут. Вот как их можно понять? Французы ведь их враги!

— Тут так понамешано, Андрей Григорьевич, – тяжело вздохнув, произнёс Алексей. – Кто-то их врагами вовсе даже здесь не считает. Директория ведь, придя, провозгласила свободу, равенство и братство. Понятно, что это лозунги, но кто-то ведь ими проникся. А самое главное, местные австрийцев ненавидят, а тут с нами опять они сюда пришли.