Книга Снежный Лотос для Небесного Судьи, страница 26 – Ан Синьи

— Я пытался уверить его, что нашел рецепт в старых записях библиотеки. – Чэнь позволил себе легкую, едва заметную улыбку в уголках глаз. – Но господин Шан… он просто взял остатки одной пилюли, растер ее в пальцах, понюхал и сказал: «В этом доме только один человек достаточно безумен, чтобы смешивать собственную кровь с углем, и достаточно умен, чтобы использовать зимний бамбук против летнего яда».

— Он злится? – спросила я глухо и закрыла лицо здоровой рукой. Он все понял. Конечно, он же видел кровь в составе.

— Господин… озадачен. Он долго смотрел на пилюлю, а потом спросил меня: «Как она передала это?» Я рассказал про барьер. – Сжалась, ожидая приговора. – Он промолчал, но его лицо… – Чэнь покачал головой. – Он просил передать, что ваш долг за нарушение границ усадьбы считается уплаченным. Но он также просил передать, что, если вы еще раз сунете руку в барьер молнии, он лично наденет на вас кандалы, блокирующие ци полностью, для вашей же безопасности.

— Для безопасности… – повторила я.

— Возьмите мазь, госпожа, это сокровище резиденции. Одна такая баночка сто́ит как небольшой павильон.

Я посмотрела на нефрит. Шан Гуань не пришел сам и не поблагодарил меня лично. Он остался в своей башне. Но он прислал теплую одежду и лучшее лекарство, зная, что я пострадала, спасая его дело.

— Спасибо, дядя Чэнь.

— Госпожа… – Старик уже у двери обернулся. – То, что вы сделали… Вы спасли не только духа. Если бы свидетель умер в доме Судьи, да еще и от рук лекарей, честь господина бы пострадала. Враги сказали бы, что он не может навести порядок в собственном доме. Вы защитили честь клана Шан. Мы… я этого не забуду.

Он вышел, тихо прикрыв дверь. Я осталась одна, глядя на роскошный завтрак и баночку с мазью. Впервые за эти дни в холодном Бамбуковом Павильоне стало немного теплее.

Взяла прохладную и гладкую баночку здоровой рукой и открыла крышку. Внутри была полупрозрачная мазь, пахнущая лотосом и мятой. Я нанесла немного мази на ожог. Боль немного притупилась, приятный холодок успокаивал ее.

— Один – один, муж мой, – прошептала я. – Один – один.

Теперь я знала точно – он не бездушное чудовище. Он умеет ценить поступки. И в его ледяной броне только что появилась первая крошечная трещина.

Я подошла к окну, снег во дворе сверкал на солнце, игра переходила на новый этап. Я больше не была пешкой. Я сделала ход, и теперь мне предстояло узнать, каким будет ответный ход Ледяного Дракона.

Мазь из Небесного Шелкопряда действительно была сокровищем, стоящим небольшого павильона. К полудню жгучая, пульсирующая боль в моей обожженной руке утихла окончательно, сменившись приятной прохладой, словно я окунула ладонь в горный ручей, текущий с ледников. Уродливые волдыри опали, кожа начала светлеть, возвращаясь к своему истинному бледно-фарфоровому оттенку. Осталась лишь розовая полоса, напоминающая след от ожога крапивой, но и она должна была исчезнуть к вечеру. Завернула тканью руку, чтобы мазь не коснулась одежды.

Я сидела у окна своего павильона, кутаясь в новый плащ, подбитый соболем. Шан Гуань прислал надежную защиту от холода. Мир за окном казался обманчиво спокойным. Солнечные лучи играли на наледях, покрывающих ветви старой сливы, превращая сад в сказку из хрусталя. Но это только затишье перед бурей.