Книга Помещица, страница 40 – Алёна Цветкова

Тем более Саратов в этом мире совсем не был похож на тот, который я видела в своем прошлом. Никаких скучных пыльных улочек старого города, никаких полуразвалившихся купеческих домов и деревянных пристаней на заросших бурьяном берегах Волги.

Хотя купеческие дома были. Крепкие, двухэтажные, построенные из кирпича, тщательно отштукатуренные и побеленные, с резными, разноцветными ставнями и отмытыми до блеска окнами. Почти во всех внизу, на первых этажах располагались лавки, в которых торговали всем, чем только можно. Такого обилия товаров не в каждом современном торговом центре найдешь. Ну, со скидкой на время, конечно.

Если бы я не приняла решение, потратить все свои деньги на покупку козьего стада, то легко могла бы спустить все до копейки здесь, в лавочках Саратовских купцов. Никогда раньше не замечала за собой никакого шопоголизма, но от местных прилавков приходилось оттаскивать себя почти так же, как барон Мюнгхаузен, из канавы. За шиворот.

А потом я добралась до порта... На сам берег меня не пустили, кругом все было огорожено высокими деревянными заборами. Но чуть подальше и повыше предприимчивые саратовские ребята предусмотрели специальную площадку, которая позволяла любоваться картиной портовой жизни. И стоило это всего три копейки с носа.

Никогда не видела ничего подобного. Каменные пристани, к которым были пришвартованы очень разные суда и суденышки. Больше всего меня поразили самые настоящие пароходы с огромными гребными колесами и трубами, из которых шел черный дым от горевшего угля. Они гудели низко и громко, пугая птиц и закладывая уши даже на смотровой площадке. Страшно представить, что слышат рабочие, снующие по пристани с грузами, как муравьи.

Мне страшно захотелось покататься на таком пароходике. Но пришлось отложить покатушки до завтра, пассажирские пароходы принимали на другой пристани. Здесь, в порту, они просто не смогли бы пробиться сквозь огромные баржи, заполонившие все видимое речное пространство. Их называли белянами, и их длина могла быть аж до ста аршин. Беляны считались одноразовыми баржами. Их собирали из дерева, загружали, сплавляли вниз по течению и там разбирали. Потому что тащить такую махину вверх по течению было не под силу даже самому большому пароходу.

Были баржи и поменьше. И деревянные, и даже железные. Последние появились совсем недавно, и их таскали по реке те самые пароходы, которые привели меня в восторг.

Крутившийся тут же шустрый мальчонка в коротком зипуне и огромном картузе, висевшем на оттопыренных ушах, за копейку выложил нам весь расклад. Но тараторил так быстро, что я запомнила не так уж и много.

На следующий день, мы с Груней посетили Саратовскую крепость... Да, в этом мире Саратов был приграничным городом и до того, как был заключен мирный договор с Тартарией, здесь находился главный форт-пост российской империи в Поволжье.

А вот на пароходе покататься не удалось... Частный найм был мне не по карману, а экскурсионных пароходов никто не предусмотрел. Те, что возили пассажиров из Саратова в Укек, мне совсем не подходили... Я, конечно, очень хотела поехать в Укек, но завтра утром мне нужно было отправляться в поместье. Я уже заплатила полтора рубля за карету и два возка, которые доставят нас до дома, и не могла позволить себе потерять эти деньги.