Книга Искушение. Мой непокорный пленник, страница 15 – Виктория Виноградова

Те, кто не мог позволить себе место под крышей, ютились под солнцем, раскладывая товары на деревянных столах, ящиках, в повозках или просто на мостовой в корзинах.

Опасно было приводить нового раба в столь многолюдное место, но выбора не было. Надеюсь, Вир не подведет и сможет помешать попытке сбежать, если вдруг раб решится на такое безрассудство.

Я заметила торговца морковью и решила купить овощей. Начала выбирать корнеплоды, когда ко мне подошел Маркус и положил руку поверх моей.

— Эти не бери. Они недозревшие, — произнес арамерец.

— Что?

Мой вопрос скорее относился к наглому поведению раба, чем к его фразе, но Маркус понял мою реплику по-своему.

— Посмотри, здесь зеленое основание. Морковка будет горчить. Идем, я тебе найду вкусную.

Я продолжала возмущенно смотреть на раба. Он понял причину моей реакции и раздраженно закатив глаза, поправился:

— ИдемТЕ, госпожа, покажу как выглядит спелая сладкая морковь. Идемте, идемте, в конце концов мне тоже предстоит питаться этими продуктами, так что в моих интересах найти самые вкусные.

Я молча хватала ртом воздух, не в силах решить, что стоит сделать: отчитать нахала прямо здесь и сейчас, или действительно доверить ему выбор, раз он, похоже, понимает в этом?

Решив, что разобраться с Маркусом я и дома успею, со вздохом поплелась за этим невозможным мужчиной. Тем более, что он уже стоял возле соседней палатки и активно торговался, заявляя, что цена необоснованно высока и кара обрушится на столь жадного торговца.

Я взглянула на Вира, а тот ухмылялся! Правда, заметив, что я смотрю, он быстро спрятал улыбку за отрешенным выражением лица, но в серых глазах северянина продолжали плясать озорные искорки. Вот тебе и Рамона под кровать! Виру нравится, что какой-то выскочка вздумал мной командовать?

Однако, обнаружив, что военнопленный сбил пятую часть от начальной стоимости моркови и даже получил бесплатно пучок свежей зелени, мой гнев поутих. Если он и дальше будет так отчаянно торговаться, то я смогу неплохо сэкономить на продуктах.

— Вот, смотрите, она небольшая и яркая, — брюнет показывал мне морковь, — верный признак, что окажется вкусной.

— Ты лучше скажи, откуда знаешь сколько она должна стоить? Ты ведь не местный.

— Да ну… — хохотнул Маркус. — Торговцы в любой стране одинаковы. Они всегда прибавляют сверх того, за сколько готовы продать. К тому же, не забывайте, откуда я родом. Арамерское царство всегда славилось торговлей. Это у нас, можно сказать, в крови.

— А еще у вас в крови, похоже, тяга к самовосхвалению, — хмыкнула я, наблюдая за напыщенным поведением брюнета. — Пойдем, нам еще мяса надо купить. И ты вроде как обещал приготовить рыбу.

Наш дальнейший час, проведенный на рынке, проходил по следующей схеме: Маркус находил продукты, доводил беднягу-продавца до икоты, торгуясь так, будто от этого зависели наши жизни. После чего с видом победителя и с трофеями в руках шел к следующей палатке.

Я бы так точно не смогла.

Давно заметила одну интересную особенность. Самые сильные чувства восхищения и негодования у нас вызывают люди, которые делают то, что мы сами себе не позволяем. Мы либо смотрим на смельчака восторженным взором, в тайне мечтая походить на него. Либо осуждаем, считая его поведение недопустимым, но лишь потому, что сами запретили себе так поступать.