Книга Черный лебедь, страница 101 – Злата Тур

Анна распрямила спину — при любом раскладе — надежда есть всегда.

Их будут искать — и лучшие сыщики из конторы Глеба, и вся полиция Москвы под руководством Рогозина. Она будет торговаться. Изобразит безумие. Попробует кого-нибудь подкупить. Какой — то выход должен быть!!!

Сердце ее перестало биться, как сумасшедшее, вошло в привычный ритм и, возможно, даже снизило обороты.

Анна полностью ушла в свои беспорядочно мятущиеся мысли, и не заметила, как они подъехали к какому — то явно не жилому дому, очевидно, обреченному на снос. Он обнесен был забором, который, однако, не являлся препятствием для «местных», к которым и относились преступники, сопровождавшие Анну.

— Пока твои апартаменты будут здесь. Простите — извините, люксов здесь нет, только коммуналка.

Это, действительно, была коммуналка — в том плане, что в некоторых обшарпанных квартирах, не имевших дверей, кишели люди.

Анна с ужасом украдкой разглядывала их. Старухи, цыганки, дети делили какие-то вещи. Несколько особей мужского пола без претензий на человеческий облик, находились в состоянии «Ты меня уважаешь?» Хотя, похоже, для них понятие уважения к себе уже даже в состоянии подпития было не актуально. Они резались в карты, или скорей просто по инерции ими обменивались, наслаждаясь процессом.

В длинном коридоре валялись какие-то тюки, свертки; пирамиды из нагроможденных друг на друга ящиков грозили рухнуть и погрести под собой неосторожных жильцов.

И над всем этим царил дух отчаянной безысходности, тлетворности и порока.

— Нюрка! Тут с вами принцесса побудет. Приставь мальца какого-нибудь, чтоб не сбежала, — скомандовал лысый.

Нюрка, женщина неопределенного возраста, поймала первого попавшегося под руку мальчишку лет десяти.

— Смотри, с этой шалавы глаз не спускай, а не то с тебя шкуру спущу! Усёк!

— Усё-ё-к! — недовольно протянул тот. Потом по-взрослому выругался и презрительно посмотрел на Анну. Ее втолкнули в необжитую, по причине отсутствия части стены, комнату. Малец занял оборонительную позицию. Контролируя каждое движение Анны, он умудрялся играть в какую-то игру на допотопном телефоне.

— Эй, — тихонько позвала Анна.

— Чего тебе? — пытаясь подражать взрослым, грубо ответил парнишка.

— Ты всегда такой злой? — девушка сделала вид, что не заметила агрессивности.

— Отвали! Чо надо?

— А с тебя и, правда, шкуру спустят, когда я убегу?

Парнишка оторопело посмотрел на Анну.

— Не вздумай! Я тебе убегу! — страх отразился на лице мини— секьюрити.

— Тогда давай дружить! — Анна миролюбиво улыбнулась: — Я балерина. А ты кто?

По привычке он хотел огрызнуться, однако любопытство оказалось сильней жизненного опыта, сильней законов мира трущоб.

— Врешь! — глаза мальчишки засверкали — еще бы увидеть живую балерину!!! Это все равно, что принцессу какую-то.

— Не вру! — Анна ногой расчистила центр комнаты и, подобрав юбку, несколько раз крутанула фуэте.

Девушка действовала по наитию. Ей повезло, что у сурового охранника пробудилась любовь к прекрасному, и его душа, зацементированная болью, цинизмом и черствостью окружающих, вдруг зашевелилась и ожила. Да и сама Анна, настолько не похожая на всех его окружавших женщин, поразила своей красотой.

Парнишка восхищенно присвистнул. Не каждому мальчику доводится видеть рядом живую балерину. Тут он с испугом посмотрел Анне в глаза: «А что, если пока живую?!» Бывало, люди появлялись в их «доме» и так же неожиданно исчезали.