Книга Секретный ингредиент Маргариты, страница 189 – Лия Джей

Отсчитываю восьмерку и грациозно выхожу из-за кулис. Розовые стрипы, короткие шорты и топ с длинным рукавом в цвет. Мне пришлось сильно постараться, чтобы найти среди своих костюмов что-то относительно закрытое. Дианка и то вертела носом, когда я принесла ей костюм на одобрение. Сидит теперь за кулисами с планшетом ведущей и снова кривит губы — я вижу ее краем глаза — но это не испортит мой настрой. Мне важно мнение только тех, кто мне дорог.

Становлюсь спиной к зрителям и медленно поднимаю руки над головой, перекручивая их в бабочке. Веду кончиками пальцев по предплечью, другой рукой рисую круг, а затем прогибаюсь в спине, бросая первый взгляд на зрителей. Черная масса и белые круги прожекторов. Розовые нити софитов прошивают воздух, плотный от напряженного ожидания. До меня никто не осмеливался выступать на университетском конкурсе с танцем в стиле high heels.

Отчасти я даже благодарна Диане за то, что она слила мое видео. Мне не хватало пинка. Вроде того, что инструктор отвешивает парашютисту на выходе из самолета. Секунду парашютист готов закопать этого шутника живьем, но в следующую уже забывает о нем, любуясь сказочными видами.

Если бы не Диана, я бы не начала говорить открыто о своей работе, не взяла бы танцевальную группу на обучение. Хотя второе уже, скорее, заслуга Сангрии. Как только она стала нашим новым менеджером, она тут же внесла свои штрихи в жизнь «Абсента»: подняла ценник для мужчин, сделала скидки женщинам и открыла дневную студию танцев. Ее всегда любили и уважали в разы больше, чем Дамира, поэтому никто не расстроился, когда его упекли за решетку. Лонг все-таки нашел в себе смелость подать на него в суд. Пара приложенных видео с избиением оказались вполне убедительным доказательством. Лонг нашел их в галерее Пины. Видимо, она давно задумывалась над тем, чтобы уйти от Дамира, но когда у нее появилась эта возможность, наоборот, обозлилась на весь мир. Лонг в ее глазах превратился в «неблагодарную паскуду», разлучившую ее с «единственным любящим человеком», Серж, заперевший Дамира в гримерке до приезда полиции, — «сукиным сыном», я — «гребанной подстрекательницей», а все остальные поддержавшие нас девчонки — «продажными сучками».

Наверное, Пина завидует, что Сангрия подняла нам зарплату, хотя в Китае, куда «золотая фифа» собирается ехать, говорят, неплохо платят русским танцовщицам, особенно высоким блондинкам. Уверена, Пина без проблем там устроится и через годок обзаведется жильем — какой-нибудь папик подарит. По слухам, возвращаться в Россию она не собирается. Боится, что Дамир выйдет под залог и отомстит ей. Я бы тоже боялась. Когда Дамира запихивали в буханку — его забрали прямо из клуба — изо рта у него шла пена, как у бешеного волка. Такой убьет и даже оправдываться не станет. Неудивительно. У зверей нет совести, и любят они только мясо. Им для Дамира Пина и была. Надеюсь, однажды она это поймет.

Песня близится к концу, и я ухожу в партер. По-кошачьи прогибаю спину, опускаясь на пол. Выполнив пару плавных элементов, делаю кувырок назад. Одну ногу выпрямляю и медленно опускаю ее, растягивая последние аккорды. Музыка затихает, и вместо нее зал заполняют аплодисменты.

Я сделала это! Я показала настоящую себя!

Сердце бешено колотится, разгоняя по телу растворенный в крови восторг. Улыбка все еще держится на моем лице, когда в перерыве для подсчета баллов я выхожу в холл. Королева тут же подлетает ко мне синий молнией — опять в своем развратном топе со стразами. Не осуждаю.