Книга Ненавистная жена, страница 55 – Янина Логвин

— Нам лучше разъехаться. Но как с ним поговорить и объяснить? Зачем я ему?.. Не понимаю. Отец обещал, что не станет препятствовать, если мы оба так решим. А если сбегу… Я не питаю иллюзий и знаю, что ваш внук за это поплатится.

— Ярослав тебя не отпустит. И дело вовсе не в Павле.

Я удивляюсь такому ответу и вновь поворачиваю лицо к мужчине.

— Но почему? Разве это не самое логичное решение?

— Нет. Трудно объяснить, но я попробую.

Хозяин дома проводит рукой по волосам и неспешно вздыхает, словно обдумывая еще несказанные слова.

— У этого мальчишки никогда не было ничего своего. Ни семьи, ни дома. Ни маломальской комнаты и игрушек. Он толком не помнит мать, только каких-то стариков, а потом тетку с тычками и подзатыльниками. Когда он ко мне попал в одиннадцать лет, он еще долго смотрел на меня волком. Дергался и ощетинивался от каждого движения, все ждал, когда я его выпорю или кому-то подброшу. Ох и проблем он мне доставлял… — мужчина неожиданно улыбается — скупо, но с душой, тут не ошибиться. — Понимаешь, характер у него есть, а вот любви он не видел. Да и я — сколько той любви мог дать? Старался, конечно, как умел его воспитывал. Не сразу, но привязался он ко мне, да так, что уж и в шею гоню — чтобы дом себе купил, жизнь строил отдельно, а он и слышать не хочет.

— А ваша дочь…

— Сын. Умер за год до рождения Ярослава, но об этом, раз уж я промолчал, когда впервые его увидел, теперь до смерти внуку не признаюсь.

— Я не скажу.

— Знаю. Не та у тебя порода. В двенадцать лет я подарил ему велосипед — он не просил, я сам хотел порадовать пацана. Ярик от него не отходил, из рук выпустить боялся. Тогда здесь еще был старый забор, и как-то ночью велосипед украли. Бесполезно было говорить, что со временем купим новый. Ярослава не было два дня, но он нашел свою вещь. А то, что для этого сделал — вслух не расскажешь и виновникам не позавидуешь. Тогда я с помощью Павла замял дело. А позже еще одно, уже когда внуку было шестнадцать. Тогда мы с твоим отцом попали в неприятную ситуацию, а я и вовсе в подвал. Думал, не выберусь, люди-то серьезные…

Мужчина вздыхает, сминая в руках кепку.

— Ярослав никогда и ничего не своровал у меня. Он равнодушен к чужому, но просто не способен отпустить свое. Этого своего у него было не так уж много, а ты теперь — его жена.

— Но я не его собственность.

— Ты больше, Марина. Он не просил тебя, но получил и не отпустит. Человек, это не велосипед. Человек — это куда серьезнее. За человека, которого Ярослав пустил в свою жизнь, он разнесет полмира, если понадобиться. И разрешения ни у кого не спросит. Когда-то я рассказал об этом твоему отцу и думаю… не моя ли вина в том, что ты здесь?

— Вы забыли о ненависти, Данил Егорович.

— Чем яростней характер, тем туже давит удавка. У Павла получилось поймать Ярослава, а тебе надо научиться с ним жить. Иначе измучаете друг друга. Ты умная девочка. Все это я говорю тебе не для того, чтобы обелить внука. А чтобы помочь.

— Помочь? Все еще хуже, чем я думала. Я не вижу для нас никакого выхода. Смириться с его поступками я не смогу.

— Он был бы возможен, если бы Ярослав был к тебе равнодушен.

— Равнодушен? — я изумленно фыркаю. Все же мои собственные эмоции никуда не исчезли, как я надеялась. — Да он, как собака на сене! То видеть меня не может, а то ревность какая-то беспричинная. То ставит в известность, чтобы я его не беспокоила, а то разбивает все в офисе только потому, что я задержалась на работе!.. Честно, Данил Егорович, я не понимаю, чего он от меня хочет. — Я все-таки щажу мужчину и не вспоминаю о семейной экскурсии в стрипклуб-терпимости и нашей ссоре. — Ведет себя, как дикий варвар, а не как муж!