Книга Ненавистная жена, страница 58 – Янина Логвин

За одним из общих завтраков мы с ним и договорились о нашей коммуникации, и на работу я продолжила ездить сама. А вот с работы уже возвращались вместе. Здесь мужчина мне уступить не захотел, и упорно по вечерам ждал на стоянке под офисом в своем автомобиле. И подозреваю, отчитывался внуку за каждое мое возвращение.

Смешно. Как будто Борзову это на самом деле было важно. Зато я запомнила его ответ и решила понемногу знакомиться с правилами вождения. Загрузила уроки и стала выделять по полчаса на их изучение — как раз по дороге домой. Заодно и инструктор рядом имелся, для особо сложных вопросов.

Так что к единственному выходному дню воскресенья дел накопилось немало. Я знала, что вечером у Ярослава бой, Данил Егорович говорил об этом накануне и уехал еще утром, предоставив мне заниматься уборкой дома. Поэтому не удивилась, когда около полуночи услышала во дворе звук подъехавшей машины и голоса.

Я только что вышла из душа и вытирала волосы, когда высокие женские всхлипы послышались сначала на крыльце, а потом и в прихожей. И строгое ворчание Данила Егоровича, обращенное, похоже, к жене:

— Хватит причитать, Анжелка! Заладила одно и то же! И без тебя тошно. Сколько повторять — не суй нос, куда не следует! Зачем к журналистам сунулась, кто тебя просил?

— Я же объяснила, Данил! Они сами меня окружили, я еле вырвалась! И ничеготакогоя не сказала. Только правду!

— Ну да, не вертела бы задницей, никто бы тебя и не заметил! И много ты той правды знаешь — с воробьиную свистульку, а все туда же! Жало расчехлила… Собирай манатки, и чтобы я тебя не видел здесь!

— Даня, а как же Ярушка один-то? Надо вернуть врача и немедленно! Зачем он его прогнал? Он наши деньги не за красивые глаза получает!

— Наши?! Анжелка… Христа ради, уйди с глаз!

Дверь уже ничего не скрывала, я нутром ощутила неладное и накинула на сорочку халат. Взяла с комода и надела очки, которые успела купить (последнее время вне дома я чаще носила линзы) и вышла в гостиную, а следом и в небольшой холл, как раз в момент, когда троица оказалась в доме.

Жена Данила Егоровича продолжала что-то бубнить, но я на нее не смотрела — лишь мазнула взглядом по яркому пятну. А вот дальше… Будь я более впечатлительной, то обязательно бы вскрикнула, увидев своего мужа. А так лишь онемела на короткий момент времени…

Высокий и крепкий Борзов стоял в куртке, наброшенной на голый торс, на своих двоих и держался рукой о стену. На лице не было живого места. Глаза опухли, на разбитой брови сидел пластырь, скулы тоже вспухли и кровь запеклась в углу рта. Если бы не помнила, как он выглядел, то ни за что бы не узнала. На поджарый торс из одних мышц смотреть не решилась, заметив кровоподтеки от ударов. Он молчал и стоял, шатаясь, но совершенно точно из последних сил.

Определенно женщина озвучила не такие уж и неправильные мысли.

Я шагнула ближе, переводя взгляд на хозяина дома.

— Данил Егорович, почему Ярослав здесь, а не в больнице? — задала самый актуальный вопрос. Дед не мог не видеть состояние внука и не переживать. — Ему нужна помощь, неужели вы не видите?

Мужчина, видимо, и сам задавался тем же вопросом, потому что с досадой бросил:

— Если бы он еще дал себе помочь! Упрямец!

— Я…в-ф…порядке. К черту врачей!

— Но почему вы не настояли? — продолжила я. — Кто-то же должен был. Посмотрите на него, он едва в сознании!