Книга Ненавистная жена, страница 53 – Янина Логвин

В нашей схватке с моего плеча слетела бретелька сорочки, почти открыв взгляду Борзова голую грудь. Пусть! Сейчас мне плевать даже на это.

Я жду, когда он насмотрится и поднимет глаза. Смотрю в них прямо, когда сжимаю пальцы и вкладываю в удар всю злость, полосуя его скулу ногтями.

В эту секунду я готова всадить жало ему в самое сердце, и бросаю сквозь зубы:

— Пошел… вон! Вон!

На этот раз мы не сверлим друг друга взглядами. Борзов просто уходит, захлопнув за собой дверь, а я остаюсь одна.

Я все еще стою и громко дышу, когда он через несколько минут открывает гараж и уезжает из дома. И только потом, шагнув к кровати, устало опускаюсь на нее.

Вокруг настоящий бедлам — постель смята, вещи разлетелись по комнате, на полу осколки вазы и разбитой лампы… Я цепляюсь за простыню, забираюсь на кровать с ногами и ложусь на бок. Смотрю перед собой на часть стены и окна, ни о чем не думая, и ничего не ощущая. Только пустоту, в которой я наконец-то могу спокойно дышать.

Сил нет, глаза закрываются, и я проваливаюсь в сон. Без сновидений и фаз.

Так бывает, когда не остается вопросов.

А когда просыпаюсь — в какой-то миг просто открыв глаза, — понимаю по часам на стене, что проспала шесть часов и ужасно замерзла. Я всегда была мерзлячкой — это непреходящее наследие из детства, когда часто оставалась одна и мерзла не так от холода, как от отсутствия тепла близких людей. И вот сейчас снова…

Я не спеша встаю и подхожу к окну. Не отдергивая тюль, замечаю за забором на улице белый «Ниссан» охранника моего отца. Сам мужчина стоит, привалившись бедрами к капоту автомобиля, и при виде его по моей коже мгновенно пробегает неприятный озноб. Такой можно почувствовать, оказавшись в темной комнате один на один с опасностью. Когда тревожность ожидания пугает больше, чем сама темнота.

Осторожно переступая через беспорядок в спальне, я нахожу свою сумку и достаю из нее телефон. Включив его, набираю номер и звоню абоненту, который, возможно, меньше всего этого ожидает…

— Ольга Борисовна? Здравствуйте.

Женщина не удивлена, и отвечает сразу же после второго гудка.

— Марина? Девочка, здравствуй! Говори… — затихает в ожидании, зная, что из праздности я бы никогда ей не позвонила.

— Ольга Борисовна, уберите Макара. Я не сбегу, обещаю… но не хочу его больше видеть.

— Причину не спрашивать?

— Не надо.

— С тобой все хорошо?

Нет, не все. Но только, что изменит мое признание? Они с мужем прекрасно знали, выдавая меня замуж за Борзова, что легко не будет. Это я, глупая, еще на что-то надеялась…

— Да, я в порядке.

— Хорошо, Марина.

— До свидания…

Не знаю, почему я остаюсь стоять у окна и ждать. Наверное, мне важно убедиться в том, что мачеха меня услышала, и Макар исчезнет. Лучше навсегда из моей жизни, даже если придется выполнить обещание.

Хотя последнее — самообман, выбора все равно нет.

Макар уезжает уже через четверть часа, и только тогда я надеваю удобные спортивные штаны и теплую кофту. Волосы просто перебрасываю на плечо. Меня все время тянет поправить очки, но их нет, и рука соскальзывает вниз. Хорошо, что я всегда ношу в сумке линзы — их и не снимаю с самой ночи.

Я надеваю тапки и иду на кухню. Сделав большую чашку горячего кофе и захватив плед, выхожу из дома на улицу и сажусь на верхнюю ступень крыльца.