Книга Неверные. Долгий путь к любви, страница 114 – Татьяна Никольская

— Это серьезное заявление, — осторожничаю я.

— Это — гипотеза, которая требует проверки. Решение о глубоком аудите — за правлением. Но если вы, как новый директор, сочтете нужным изучить вопрос и внести предложения… Я был бы признателен за свежий взгляд.

Он предлагает сотрудничество. Член совета просит руководителя департамента помочь разобраться.

— Я изучу данные. Если опасения подтвердятся — подготовлю обоснование для проверки.

— Отлично. — Он кивает. Выражение становится серьезнее. — Имейте в виду. Если там что-то скрывают, ваше внимание вызовет сопротивление. Будьте готовы, что вашу компетентность и мотивы будут ставить под сомнение. Это проверка не только филиала, но и вашего нового статуса здесь.

Он говорит не как начальник. Как союзник, знающий подводные камни.

— Я учту.

Наши взгляды встречаются. В его глазах: «Я верю, ты справишься лучше любого».

Вечер. Его квартира. Маски сброшены. Я сижу на диване, поджав ноги, смотрю на огни.

— Чувствую себя белой вороной, — признаюсь. — Но после разговора с тобой… поняла. Мне не нужно вписываться в их иерархию. Мне нужно построить свою. Рядом с твоей, но свою. И начать с этого чёртова Юго-западного филиала.

Он садится рядом, его плечо теплое, твердое.

— Именно так. Ты здесь не для того, чтобы нравиться. Ты здесь, чтобы менять правила. Пусть смотрят. А ты начни работать так, чтобы через месяц они смотрели не на сплетни, а на графики, которые ты выправила. Ты — не исключение. Ты — новое правило.

— А я… я всегда за твоей спиной. Но вперед должна идти ты. Потому что это — твоя территория теперь. Завоюй ее.

Его слова — не утешение. Это точка опоры. Скала.

Да, новая реальность. Новая битва. Но это — моя битва. За свой авторитет. За право быть здесь не «женщиной Горского», а Корнеевой. А он — мой тыл. Самый надежный союзник.

На кухне он накрывает на стол. Простой ужин: паста, салат, бокал красного. Он поднимает свой бокал.

— За новую главу. И за мою коллегу, Людмилу Корнееву. Которая сегодня начала завоевывать свой Эверест.

Я касаюсь своим бокалом о его. Звонкий, чистый звук.

— За новую главу. И за мужчину, который не боится быть моим тылом.

— За нас, — поправляет он тихо. — Которые больше не прячутся.

Мы едим, говорим о пустяках. О Яне, о ее новых увлечениях. О планах на выходные. Это не празднование победы с шампанским. Это ритуал. Ритуал утверждения новой нормы. Мы — пара. Мы — коллеги. Мы — команда. И за этим столом, в теплом свете кухонной лампы, все три эти грани наконец-то сложились в одно целое, прочное и незыблемое.

Позже, когда мы моем посуду вместе, он обнимает меня сзади, прижимает губы к виску.

— Горд тобой, — говорит он просто. — Не только сегодня. Всегда.

Я оборачиваюсь, смотрю ему в глаза.

— Я тоже. Тобой. Нами.

Это и есть главная победа. Не должность и не переигранный совет. Эта тихая полная уверенность в том, что мы на своем месте. Рядом друг с другом. И теперь — на виду у всех. И нам от этого не страшно. Нам от этого — хорошо.

Горский

Воскресенье. Небо цвета промытой джинсовой ткани, солнце слепое и холодное, воздух звенит от мороза. Мы едем за город, в конный клуб. Моя идея. Не помню, когда в последний раз садился в седло — лет десять назад, не меньше. Но идея была не в верховой езде. Идея была в том, чтобы сделать что-то вместе. Втроем. Без повестки дня, без скрытых угроз, без необходимости оглядываться.