Книга Девяносто девять дней в "Сантосе", страница 33 – Юлия Поспешная

Я чувствовала на себе сотни взглядов со зрительских трибун. И это ощущение было мучительным! Мне казалось, что все зрители, все до единого, ни смотрят ни на кого, кроме меня. И все ждут только одного — как я сейчас позорно облажаюсь!

— Просто делай, как мы, — посоветовал Костя.

Они с Инной чуть присели у воды, и две касатки сразу же направились в нашу сторону.

Геркулес и Эмма подплыли к нам и неожиданно выбрались на поверхность, едва ли не положив морды на сценический выступ, где мы стояли.

Люди на трибунах зааплодировали пуще прежнего. Я перевела взгляд на Сореля. Он продолжал плавать по кругу, игнорируя и Костю, и Инну.

— Бестолковая рыбина, — осуждающе с пренебрежением покачала головой Инна, — Жарковский прав: дельфинарий лишь тратит деньги на его содержание. Игнат зря выкупил его у тех браконьеров.

— Перестань, — оборвал её Костя, — у него огромный потенциал. Его только нужно раскрыть…

— Вот только некому! — с выразительной язвительностью заметила Инна.

Они с Костей одновременно подняли правые руки, и Геракл с Эммой, перевернувшись на бок, подняли в ответ свои левые плавники.

Публика продолжала издавать бурные овации.

Я посмотрела на Сореля, который по-прежнему плавал себе, как ни в чем не бывало.

После жестких слов Инны мне почему-то стало жаль эту одинокую косатку и мне захотелось помочь ему.

Странно… Зачем, спрашивается, мне это вообще нужно?

Чтобы хоть как-то привлечь внимание строптивой рыбины, я начала шлепать ладонью по воде.

— Перестань! — немедленно вызверилась на меня Инна. — Что ты творишь?! Он к тебе не приплывёт, дура!

— Инна! — Одёрнул подругу Костя.

— Ну, а что?! — рыкнула в ответ Инна.

Я хотела ответить ей всё, что думаю про неё и её поведение, но в этот миг с моей правой руки соскользнул мой браслет с кошечкой Китти и цветными бусинками из стекла лэмпворк.

Этот браслетик мне подарили на восьмое марта в третьем классе. И это был не просто сувенир, за долгие годы, что я его носила он стал моим талисманом!

И сейчас, раскрыв рот от ужаса, я наблюдала, как мой браслет, внезапно расстегнувшись стремительно тонет и плавно опускается на дно бассейна.

В отчаянном жесте, забыв о публике и выступлении, я упала на колени и попыталась поймать упавший в воду браслет.

Но тот уже неумолимо падал на дно, и я могла лишь бессильно наблюдать, как он тонет.

В тот момент я не осознавала, что мой браслет вряд ли куда-то денется со дна бассейна, и что водоем дельфинария, всё-таки, не открытое море. Мне просто хотелось получить мой талисман обратно. И я едва не нырнула следом за ним, но тут заметила приближающуюся гигантскую тень, что ползла по дну бассейна. Я подняла взгляд, и увидела Сореля.

Гигантская косатка грациозно нырнула вниз, описала короткую дугу и ловко подцепила носом мой браслет. Я застыла от удивления и, что характерно, остолбенели даже Костя с Инной. А Сорель быстро всплыл вверх, приблизился к сценическому выступу и вынырнул.

Я сперва инстинктивно подалась назад, увидев в десяти сантиметрах от себя черную, переливающуюся тусклыми бликами, морду касатки.

Но, к моему удивлению, животное подалось вперёд, усердно подставляя свой округлый нос, на котором лежал мой разноцветный браслет. Я, не зная, что делать, в изумлении глядела на касатку. Геракл и Эмма заметно переволновались, похоже поведение Сореля удивило их не меньше, чем Костю и Инну.