Книга Девяносто девять дней в "Сантосе", страница 34 – Юлия Поспешная

— Чего ты ждёшь? — Костя присел рядом со мной. — Бери…

Я бросила быстрый опасливый взгляд на парня, затем снова взглянул на касатку. Сорель ждал, активно и радостно работая плавниками.

Коротко вздохнув, я протянула руку и осторожно взяла свой браслет. На мгновение я коснулась влажной кожи животного. Она была упругой, скользкой и в тоже время немного шероховатой.

В этот короткий миг я испытала необыкновенное чувство, сродни легком потрясению. В момент, когда я соприкоснулась с кожей косатки, внутри меня, словно, что-то взбрыкнуло и вызвало шквал противоречивых эмоций.

Я испуганно отдёрнула руку со своим браслетом, и Сорель тут же нырнул под воду, со скоростью уходя на глубину.

А я, в немом изумлении, ошарашенно таращилась вслед ему.

— Чтоб меня!.. — выдохнул всё ещё сидевший рядом со мной Костя.

Я посмотрела на него, затем на Инну. Оба дрессировщика были заметно потрясены. Когда я обернулась на Яну, в компании, пока ещё незнакомых мне девушки в очках и бородатого парня, я увидела, что и они шокированы случившимся.

Причем, настолько, что кажется вообще забыли о том, что сейчас разгар их выступления.

Всех вернул к реальности голос Игната, выполняющего сейчас роль ведущего.

— Только что, дорогие зрители, вы стали свидетелем того, что не только человек способен на искреннее и добрые поступки! Давайте поаплодируем Сорелю за его отзывчивость и готовность прийти на помощь!

Я подняла взгляд, по зрительским трибунам прокатилась мощная и громкая волна аплодисментов. Больше всех, конечно, в ладоши хлопали дети, но и взрослые вторили им с не меньшим рвением.

Внезапный, человечный поступок водоплавающего животного приятно впечатлил всех присутствующих.

Однако, через несколько минут, о поступке Сореля уже позабыли, потому что из бассейна выгнали косаток и запустили… двух акул.

У меня вырвался сдавленный крик, когда бородатый дрессировщик спустился к ним в воду.

— Да не переживай, — Костя положил мне руку на плечо, — Борис этих кровожадных селёдок с детства растил и знает, как надо себя с ними вести.

— То есть они для него не опасны? — боязливо спросила я.

Девушка в очках бросила на меня неодобрительный и тревожный взгляд. Кажется, она и сама очень переживала за бородача, но явно ввиду других причин.

— Если он не умудрится порезаться обо что-то, то нет, — хмыкнув, ответил Костя. — Но, вообще белопёрые серые акулы, не нападают людей. С две тысячи восьмого зафиксировано лишь четыре нападения этого вида акул на человека.

— И что?! — в ужасе спросила я. — Они живы?

— Ну, — промямлил Костя, — живы, конечно… но уже не совсем целые.

— Костя! — возмущенно воскликнула девушка в очках.

— Извини, Саш, — засмеялся Костя.

— А если на наших глазах случится… пятый случай? — с дрожью в голосе, спросила я.

— Ну, так, как мы не можем со сто процентной уверенностью отбросить вероятность такого развития событий, — проговорила Яна, — мы стараемся всегда быть наготове.

С этими словами супруга Игната похлопала себя по темному ремню, что перетягивал её плечо. На ремне, у неё за спиной висело длинное гарпунное ружьё. И такое же было у Кости.

Оба дрессировщика держали оружие так, чтобы зрители его не заметили, но при этом, чтобы его можно было быстро использовать.

Я, прижав ладони к лицу, наблюдала, как Борис беспечно плавает рядом с акулами. Беркутов то и дело заигрывал с зубастыми хищницами, держал их за плавники и даже, своеобразно, «катался». Несколько раз мне показалось, что акулы вот-вот нападут на него, но те, похоже, действительно играли со своим дрессировщиком.