Книга Развод в 57: Любовница в Моем Белье, страница 158 – Магисса

— Все четырнадцать в ведомости, — сказала Ада. — Включая Марианну, хотя после истории с линейкой есть сомнения.

— Я вернула.

— После независимой проверки.

Четырнадцать сотрудников остались в «По себе». У двоих был сокращённый график по их просьбе, Серафима снова работала полную неделю, а нового человека мы пока не нанимали. Заказов хватало на нынешнюю команду, но не на красивую вакансию с обещанием будущего роста.

Нонна открыла отчёт по «Контуру». Сеть заказывала одну проверенную партию в месяц в согласованных размерных диапазонах. Возвраты и дефекты присылала обезличенной сводкой. Архив, индивидуальные карточки и новые конструкции оставались у нас. Расширение требовало отдельного испытания и подписи Нонны.

— Следующий месяц подтверждён, — сказала Ада. — И ещё два стоят в графике с правом пересчёта по фактическим возвратам.

Это уже не было случайной ночной заявкой. Заказ стал устойчивым. Он оплачивал часть загрузки, давал понятный объём и не требовал шить заранее для неизвестной витрины. При этом одна задержка материала всё ещё могла сдвинуть срок, а ремонт последней машины съедал заметную часть июньской прибыли.

— Перевод Феликсу делать? — спросила Ада.

Я проверила остаток после платежа. Зарплатная дата, материал следующей партии и резерв не менялись.

— Делать.

Ада отправила поручение в банк. Через несколько минут юрист Феликса подтвердил получение документа. Никакого личного сообщения к нему не прилагалось. Выкуп шёл по графику, и до последнего взноса оставалось ещё достаточно кварталов.

Нонна закрыла отчёт.

— На филиал в столице опять не хватило.

— Придётся пережить.

— Тогда хотя бы вторую лупу не покупай без голосования.

После работы я поехала домой раньше обычного.

Старую квартиру продали весной. Деньги после расходов разделили поровну, как записали. Обеденный стол забрал Феликс, сервиз Марта увезла к себе, потому что он с самого начала принадлежал ей. На свою половину я выбрала квартиру ближе к ателье, но не над ним. Две комнаты, кухня с окном во двор и прихожая, где можно было открыть шкаф, не прижимая входную дверь коленом.

Роберт увидел квартиру после того, как я подписала договор. Помог перенести книги и один раз предложил переставить кровать. Я отказалась. Через неделю переставила сама и сообщила ему, что его версия была лучше. Он не потребовал письменного признания.

В пятницу вечером приехала Марта. Поставила в прихожей небольшую сумку и сразу проверила гостевую кровать.

— Матрас не слишком жёсткий? — спросила я.

— На две ночи у меня нет требований к ортопедической политике семьи.

Она привезла клубнику и маленький горшок с базиликом. Я поставила его на кухонное окно, подальше от батареи, которой летом всё равно не пользовались. После засохшего растения Феликса в офисе мы обе относились к горшкам без лишних обещаний.

Марта осталась на выходные. Утром мы съездили за полкой в ванную, днём она помогла разобрать последнюю коробку с книгами. Между двумя старыми альбомами нашлась фотография первого швейного зала. Другой экземпляр Феликс забрал из кабинета.

— Я вчера виделась с папой, — сказала Марта.

Она не произнесла это осторожно и не ждала моего разрешения задним числом.

— Как он? — спросила я.

— Работает коммерческим консультантом. Сейчас у него два небольших производителя. Одним пересобрал продажи, со вторыми спорит из-за склада. Говорит, что слово «оптимизация» опять используют вместо ответа.