Книга Пышка и драконы берутся за дело, страница 38 – Лана Яснеева

— А вы? — спрашивает Лейра, прижимая пальто к груди.

— А я пойду к твоим соседям. Мне нужно расспросить их о твоём отце и его планах на мастерскую. Если я ошибаюсь, и завещание мы не найдём, то чем больше свидетелей согласятся выступить в суде, тем лучше.

— Но... они могут не захотеть говорить. Дядя их запугал.

— Но ведь меня не нужно бояться, — я улыбаюсь. — Я всего лишь зайду поболтать по-соседски. Ты иди. А я займусь свидетелями.

Лейра кивает и бежит вверх по улице, прижимая пальто отца к груди. А я поворачиваю в переулок, где, по словам девочки, живёт госпожа Ирэн.

Госпожа Ирэн оказывается маленькой сухонькой старушкой с удивительно живыми, умными глазами. Она сидит у окна с шитьём в руках. Когда я стучу в дверь и представляюсь хозяйкой «Сладкой пышки», она тут же приглашает меня войти.

— Ах, «Сладкая пышка»! — всплескивает она руками. — Я обожаю ваши булочки с корицей! Жаль, что теперь редко выбираюсь в город — ноги уже не те. Присаживайтесь, госпожа Ариана. Чем обязана?

Я сажусь за маленький столик, застеленный кружевной скатертью, и достаю из сумки свёрток.

— Я принесла вам угощение, — говорю я, выкладывая на стол ещё тёплые пышки с абрикосовой начинкой. — И хотела бы поговорить о вашем бывшем соседе Элросе.

Лицо госпожи Ирэн становится печальным.

— Хороший он был. Честный мастер, руки золотые. — Она вздыхает. — И дочку свою, Лейру, очень любил. Всё говорил: «Ирэн, я всё ей оставлю. Пусть учится, пусть продолжит моё дело».

— Он говорил это при вас? — уточняю я.

— И не раз! Каждый раз, когда мы виделись. Я ему ещё говорила: «Элрос, ну напиши ты завещание, а то мало ли что». А он только отмахивался: «Успеется». — Она поджимает губы. — Не успел, выходит. А теперь этот братец его... Орвин... вы с ним знакомы?

— Встречались, — уклончиво отвечаю я.

— Тот ещё проходимец, — фыркает госпожа Ирэн. — Явился, девчонку из дома выгнал, всё имущество распродал, что не смог продать, то выбросил. А сам, говорят, должен половине города. Ему мастерская нужна только чтобы продать и долги раздать. — Она качает головой.

— Вы согласитесь рассказать всё это в суде? — осторожно спрашиваю я.

— Ох, деточка, ноги у меня уже не те. Боюсь, не дойду я до суда. Да и с Орвином этим куда мне тягаться?

Я понимающе киваю. Всё-таки грубая сила Орвина — весомый аргумент.

— А если я попрошу господина Мая зайти к вам и записать ваши слова, вы согласитесь поставить свою подпись? — уточняю я. Это лучше, чем ничего.

— Так, пожалуй, можно, — кивает старушка.

Я благодарю её, прощаюсь и отправляюсь дальше.

Господин Говард держит лавку кож и мехов на соседней улице. Это дородный человек лет пятидесяти с окладистой бородой и зычным голосом. Увидев меня на пороге своей лавки, он улыбается.

— Госпожа Ариана! Какими судьбами? У меня как раз перерыв, садитесь, садитесь. Хотите чаю?

— Спасибо, господин Говард, — я сажусь на предложенный стул. — Я к вам по делу.

Он сразу серьёзнеет.

— Вы о Лейре? Уже знаю. Вся улица только об этом и говорит. Орвин, значит, наследство хочет отобрать у девчонки? — Он хмурится. — Нехорошо. Я Элроса знал двадцать лет. Двадцать лет кожу ему поставлял. И он с малых лет дочь делу учил, в мастерскую брал. Души в ней не чаял. — Говард вздыхает. — Я дам показания, если нужно. Можете на меня рассчитывать.