Книга Приключения в Империи, страница 129 – Ольга Корлан

****

Дед ушёл, оставив меня наедине с «Цветком Лотоса».

Я поднялась на борт снова — на этот раз одна, без свидетелей. Прошла по коридору, коснулась стен, заглянула в крошечную каюту, где предстояло спать. Там было тесно — только кровать, стол и шкаф, — но мне нравилось. В этой тесноте было что-то уютное, защищающее.

Я вернулась в рубку и снова опустилась в кресло.

Экраны зажглись, как только мои пальцы коснулись подлокотников.

Звёзды.

Я смотрела на них и чувствовала, как внутри разливается странное спокойствие. Не то, которое приходит от отдыха или безделья. А то, которое приходит от понимания — ты на своём месте. Ты делаешь то, для чего рождена.

«Космос», — подумала я. — «Моё место — в космосе».

Я вспомнила себя маленькой — как смотрела на звёзды из окна своей комнаты в доме тётушки Элиз. Как загадывала желания, глядя на падающие метеоры. И мечтала улететь далеко-далеко, туда, где никто не будет указывать, что делать, где нет страха и боли.

Моя мечта сбылась.

Я улыбнулась и провела пальцами по панели управления. Корабль отозвался мягкой вибрацией — как кот, которого гладят по шерсти.

— «Цветок Лотоса», — тихо сказала я. — Мы с тобой полетаем.

****

На Лилле я задержалась до вечера.

Мы с дедом сидели на террасе его дома — старого, каменного, увитого плющом. Пили чай из трав, которые он собирал сам. Смотрели, как солнце опускается за горизонт, окрашивая небо в багровые и золотые тона.

— Ты счастлива? — спросил он неожиданно.

Я задумалась. Счастлива ли я?

У меня был корабль, который стал домом. Дипломы, которые открывали любые двери. Дед, который гордился мной. Друзья, которые ждали. И Эльван — далёкий, недосягаемый, но такой родной.

— Да, — ответила я. — Кажется, да.

— Кажется, — повторил он. — Не уверена?

— Я боюсь сглазить, дедушка. Слишком много хорошего случилось за последние дни. Я привыкла, что за радостью всегда приходит боль.

Он положил свою сухую, тёплую ладонь поверх моей.

— Боль будет всегда, Аммелина. Она — часть жизни. Но радость — тоже. Не бойся быть счастливой. Это не делает тебя слабой.

Я кивнула, хотя внутри не была до конца согласна.

****

Поздно вечером я поднялась на борт «Цветка Лотоса» — в последний раз перед отлётом на Эллери.

Я прошла в рубку, села в кресло и попросила корабль показать мне звёзды.

Они зажглись — тысячи, миллионы, бесконечность.

Я смотрела на них и чувствовала, как сердце наполняется чем-то огромным, необъятным, как сам космос. Не любовью — любовь была другой, более острой и болезненной. Не радостью — радость была слишком легкомысленной. А чем-то более глубоким — принятием. Пониманием. Знанием того, что я — часть этого мира, такая же естественная, как звёзды, как планеты, как бесконечная чернота между ними.

«Это моё место», — подумала я. — «Я здесь дома».

Я закрыла глаза и представила, как «Цветок Лотоса» отрывается от земли, как атмосфера становится тоньше, как звёзды зажигаются ярче. Я почувствовала вибрацию двигателей — и улыбнулась — мне даже рычаги управления были не нужны. Корабль отзывался на мои мысли.

Завтра я улечу в космос.

Настоящий космос.

Не в тренажёре, не на учебном патрульном катере — на своём корабле.

И этот корабль был прекрасен.

Вызов пришёл затемно. Эльван не спал — он вообще плохо спал в последние ночи. Что-то висело в воздухе, какое-то напряжение, которое он научился чувствовать ещё в те дни, когда скрывался на окраинах. Тогда это чутьё спасало ему жизнь. Сейчас — просто не давало сомкнуть глаз.