Книга Приключения в Империи, страница 119 – Ольга Корлан

— Отвечают, — хмыкнул он. — Значит, не сразу на поражение стрелять будут. Хотят взять живым.

Это был и шанс, и приговор. Живым — значит, трибунал. Трибунал — значит, либо тюрьма, либо хуже.

Третий корабль — самый большой, флагман — вышел на связь.

— Эльван Кристиан Сармли, — голос был сухим, официальным. — Вы арестованы по обвинению в мятеже и дезертирстве. Немедленно остановитесь и приготовьтесь к приёму штурмовой группы. Сопротивление бесполезно.

Эльван сжал штурвал. Пальцы побелели на ободах.

— На каком основании? — спросил он, хотя знал ответ.

— Отказ выполнить приказ командования. Самовольное оставление места службы. Укрывательство от правосудия.

— Я не укрываюсь. Я жду, когда правосудие будет справедливым.

Тишина. Потом голос раздался снова:

— У вас есть право на защиту. Используйте его на суде. Сейчас — прекратите сопротивление.

Эльван отпустил штурвал.

Всё равно — бежать некуда. Всё равно — силы неравны.

— Приём штурмовой группы разрешаю, — сказал он и откинулся в кресле.

*****

Стыковка заняла несколько минут. Эльван слышал, как корабли сближаются, как лязгают захваты, шипит переходной рукав. Потом — тяжёлые шаги в коридоре.

Дверь в рубку открылась. На пороге стояли четверо в чёрной броне — гвардейцы Императора. Их лица скрывали шлемы, но оружие было направлено на него.

— Встать, — приказал один.

Эльван поднялся.

— Руки за голову.

Он подчинился. Холодный пластик наручников сжал запястья.

— Эльван Кристиан Сармли, вы помещены под стражу. Следуйте за нами.

Он пошёл, не оглядываясь. Корабль, который на короткое время стал его домом, остался позади. Кто знает, увидит ли он его снова.

****

Изолятор находился на флагманском корабле. Маленькая камера — голые стены, узкая койка, тусклый свет. Ни передатчика, ни связи с внешним миром.

Эльвана продержали там трое суток.

Кормили раз в день — жидкой кашей и стаканом воды. Давали спать по четыре часа — и то не каждый раз. Следователи приходили по расписанию, задавали одни и те же вопросы, пытались сломать, заставить признать вину.

— Почему вы отказались выполнять приказ?

— Потому что он был преступным.

— Вы не имеете права оценивать приказы командования.

— Имею, когда речь идёт о жизни гражданских.

— Вы нарушили присягу.

— Я нарушил бы присягу, если бы согласился.

Следователи злились, но ничего не могли сделать. Эльван не сдавался.

На четвёртый день его вызвали к самому Императору.

****

Император принимал его в своём рабочем кабинете на Эллери. Эльвана привели под конвоем, в наручниках, грязного, измождённого. Но голову он держал прямо.

— Оставьте нас, — приказал Император, и гвардейцы вышли.

— Садись, Сармли.

Эльван сел. Наручники звякнули о подлокотник кресла.

— Ты знаешь, в чём тебя обвиняют.

— Знаю.

— И что ты можешь сказать в своё оправдание?

— Только то, что уже говорил. Приказ, который я отказался выполнять, угрожал жизни гражданских лиц. Разведка не подтвердила, что на базе пиратов нет пленных. Я не мог рисковать.

Император молчал. Потом нажал кнопку на столе, и над голографическим экраном замерцали документы.

— Мы проверили твои слова. — Он повернул экран так, чтобы Эльван видел. — На базе действительно были пленные. Тридцать семь человек. Женщины, дети. Если бы атака состоялась, они погибли бы.