Онлайн книга «Бесконечный дом»
|
Изабелла Давила-и-Осорио октябрь 25 г. Дата От имени Второй стороны: ___________________________________________ Подпись Дата *В случае лишения денежного вознаграждения нижеподписавшиеся также лишаются вечных прав на позицию 1, далее именуемую ДУША, в пользу АДМИНИСТРАЦИИ. С момента смерти нижеподписавшихся ДУША становится собственностью «Бесконечного дома», каковую АДМИНИСТРАЦИЯ может обменивать или продавать по собственному усмотрению, как сочтет уместным, вне зависимости от времени и вселенной. — А в чем заключается разница между решением воздержаться от испытания до его окончания и неспособностью дойти до конца? Разве это не одно и то же? — Я не юрист, сеньор Джо, – ответствовала донья Изабелла, – но мне это кажется юридической галиматьей, разве нет? — Да без разницы,– заявила Хелен.– Если мы не завершим состязание… простите, испытание… тогда не получим вознаграждения. Это справедливо. — Что говорится тут? – спросил я, указывая на сноску, напечатанную куда более мелким шрифтом, чем остальная юридическая околесица. – Не могу прочесть без очков. Прищурившись, Хелен зачитала: — «В случае лишения денежного вознаграждения нижеподписавшиеся также лишаются вечных прав на позицию 1, далее именуемую Душа, в пользу Администрации. С момента смерти нижеподписавшихся Душа становится собственностью „Бесконечного дома“, каковую Администрация может обменивать или продавать по собственному усмотрению, как сочтет уместным, вне зависимости от времени и вселенной». — На ходу выдумываешь? – рассмеялся я. — Тут так сказано, – покачала головой Хелен. Мы оба поглядели на донью Изабеллу. — Черноватый юмор, sí? – обаятельно улыбнулась она. — Черноватый там юмор или нет, – отрезал я, – но я не подпишусь ни под каким документом, требующим, чтобы я лишился души, спасибо. — Ой, да брось, Джо, – принялась увещевать меня Хелен. – Она просто пытается нас запугать. Можно воспользоваться? – Она указала на чернильницу с темно-синими чернилами и стеклянную перьевую ручку на столе. — Пожалуйста. Хелен нацарапала наши имена где требовалось (она была вынуждена спросить у меня фамилию, и мне пришлось продиктовать ее по буквам), а затем подставила в нижней строке подпись и дату. И протянула ручку мне. Я замялся. Примитивный, нелепый страх мешал мне взять перо. Я понимал, что сноска – просто шутка. Это часть игры, ничуть не отличающаяся от «отказа от претензий», который мы с Джен подписали в Лос-Анджелесе и который освобождал держателей квест-комнаты от ответственности в случае, если мы будем съедены каннибалом. Как Хелен и сказала, сноска просто должна отпугнуть нас – или запугать – перед началом испытания. Но даже понимая все это, я не мог избавиться от животного ужаса, подпитываемого утробным чутьем, а отнюдь не разумом. Я поглядел на дверь с затейливой резной единицей, а потом снова на контракт. С кончика металлического пера сорвалась капелька чернил, превратившаяся в кляксу в верхнем его углу. — Давай же, Джо, – настаивала Хелен. – Чего ты ждешь? Неохотно взяв архаичную ручку, я вывел свое имя на документе. * * * Донья Изабелла удалилась с этим гротескным договором в руках, сказав, что должна распорядиться, чтобы все подготовили, и много времени это не займет. Мы расхаживали по кабинету, пребывая чересчур на взводе, чтобы сидеть. Во всяком случае, я был на взводе; а Хелен, возможно, просто интересовали все эти безделушки и мебель, годная хоть сейчас в музей. Как быстро выяснилось, она уж слишком импульсивная и малость безбашенная, и кто знает, как теперь с этим быть. Как ни крути, а страх призван держать наши самые глупые и саморазрушительные порывы в узде. |