Онлайн книга «Погоня за судьбой»
|
— Она сильная — справится, — сказала я. — И папа ваш однажды поймёт, что невозможно сделать из детей копии себя. — Это вряд ли, он очень упрямый человек, — возразил Игнасио. — Впрочем, не будем о грустном… Зацени лучше нашу полосу препятствий! Целый месяц возводили. Как тебе? Раскинув руки в стороны, он обвёл взглядом ансамбль конструкций, по которым уже ловко прыгал очередной паркурщик, выписывая в воздухе умопомрачительные пируэты. — Интересно вы придумали, — заметила я. — А вот это, я смотрю, имитация окна? — Да, за идеальное проникновение в форточку — сразу пять очков. — А почему вы не соревнуетесь на настоящих зданиях? — Ночью? — Он прыснул со смеху. — Ты шутишь? Мы же не идиоты вроде малолетних рибблеров, у которых, кажется, одна цель — переломаться наиболее идиотским способом. Здесь у нас отличное освещение, открытое и безопасное место, много людей. Да и музыка под боком играет… Игнасио казался разумным. Пока он говорил о правилах и философии, можно было на миг поверить, что не всё ещё потеряно, что есть островки смысла в этом море безумия. Островки, которые существуют ровно до тех пор, пока настоящая беда не выбьет дверь ногой. Отсмотрев блиц-выступления ещё нескольких человек, Игнасио предложил мне поучаствовать, но я вежливо отказалась. Абсолютно трезвая компания тем временем собралась вокруг судьи, который вслух подсчитывал очки участников… Со стороны колотящегося музыкального сердца дискотеки кто-то заорал пьяным голосом, и я мельком взглянула на часы. «Ничего себе! С тех пор, как Софи высадила меня за углом, прошло почти два часа!» — Игнасио, ты можешь позвонить Софи? Она обещала прийти, но, кажется, запаздывает. — Прийти? — Он сразу напрягся. Тут же вызвал контакт через нейр и выжидающе замер, а я видела, как меняется его лицо — с тревоги на страх. Вопросы, которые он задавал, были короткими, обрывочными: — Ты где?.. Одна?.. Почему не позвонила?.. Погоди, чего?.. Сколько? Иди в сторону Сент-Бальдири, мы тебя встретим. Он отключился и посмотрел на меня — взгляд его был пустой и злой одновременно. — Пошли, — бросил он, кивнув своим, и рванул к улице. Я — за ним. Мы быстро шли по тротуару, оставляя за спиной низкие дома, пьяных подростков и кучи мусора, а Игнасио на ходу сообщил: — Она в переулке у старых складов. Срезать решила по дворам… Говорит, за ней хвост, человек пять-шесть. Она… не знает, как там оказалась. Последнюю фразу он произнёс с таким недоумением, будто сам не верил в то, что говорит. Будто его сестра вдруг забыла то, что знала с самого детства. Адреналин от дискотеки, горячий и шумный, был смыт новой волной — ледяной, той, что сужает сосуды и заставляет видеть мир в замедленном действии. Мышцы сами собой напряглись. «Хвост. В её устах это могло означать что угодно — от пьяных хулиганов до…» О других вариантах даже не хотелось думать. Я припустила вдоль улицы быстрее прежнего, Игнасио несколько отстал и двигался чуть позади, и вскоре из очередного тёмного проулка я услышала голоса. Громкие, безо всякого стеснения, на всю округу, с гортанным, чавкающим говором — будто говорящие специально старались, чтобы их слышали. — Смотри, какая! Чистенькая… — А юбка… Короткая, как у них у всех. — Ты чья, красавица? Чего молчишь? Язык проглотила?.. |