Книга Теневой двойник, страница 23 – Рина П

Снова ощущение пустоты под рёбрами, напечатанными на лучшем 3D-принтере из долговечного пластика или, может, ещё более дорогого материала. Как будто внутри меня действительно есть место для потребности, желания, но оно пустует. Не надо сейчас думать на эту тему, лучше нам обсудить того, за информацией о ком я сюда пришла.

— Вы не были близки с ней?

Саша тут же поняла, о ком речь.

— Мы выросли одной компанией, все четверо. Исключительно благодаря партнёрству и дружбе родителей. Клару я знала с пелёнок и по-своему люблю её.

Подмечаю, что на её лице нет и тени печали. Ей так легко вспоминать о смерти подруги?

— Прости, если затрагиваю не ту тему. Мне правда нужно узнать о ней… о себе побольше.

Саша меряет меня долгим взглядом, что-то попутно вспоминая.

— Она без пяти минут кандидат наук, один из главных помощников своего отца, девушка, измеряющая весь мир вокруг в количестве карьерных достижений. Нам с Лëшей порой не удавалось найти с ней общий язык. Я сижу в отделе безопасности в фирме её отца, а Лёша — на побегушках в компании теперь уже матери Кира. И сам Кир так называемый вспомогательный мальчик. Одна Клара — и золотая молодёжь, и перспективный учёный в одном флаконе.

— А она была близка с отцом? Или с другими родственниками?

— Ну… её гиперопекали. До поры до времени, конечно. Когда мы все пошли в вуз, Клара отдалилась от матери, у них начались конфликты. Хотя между ними всю жизнь был какой-то разлад, не знаю подробностей. Ну и потом они с Киром съехали в Кузьминки, а дальше ты уже знаешь.

Записываю себе на подкорку все неизвестные ранее факты. Гиперопека! А по хохочущему мужику, который мой отец, не скажешь, что ему не плевать на дочь. С другой стороны, я не дочь, а кусок пластика и металла.

— Я думаю, мне нужно увидеть родителей. Не уверена, что я им нужна, но от дочери ожидают нахождения рядом с родителями на семейных мероприятиях. — Встаю и пытаюсь разглядеть хоть одно знакомое лицо. По-прежнему никого.

— Они сами найдут тебя, если, как ты выразилась, от дочери этого ожидают.

— Мне кажется, они являются частью какой-то глобальной цели, потребности, которая зарождается внутри меня, но я не знаю, что это такое. Мне просто нужно их увидеть и убедиться, что с ними всё в порядке. Маму я не видела очень долго — на самом деле никогда, но я всё равно по ней скучаю. — Сажусь обратно и ещё сильнее желаю, чтобы боль в груди ушла. Не могу остановиться говорить и даже не знаю, скрипты ли это сейчас или какой-то порыв компьютерных чувств. — И Кира, если честно, мне не хватает. Когда он со мной разговаривает, я становлюсь более целым существом, а не пустой силиконовой оболочкой.

— Наконец-то ты назвала его Киром. Кирилл он только для родителей и на работе. И знаешь, с тобой приятно общаться! Просто помни, если встречаешь негативную реакцию от людей, дело, вероятнее всего, не в тебе. Я вот сейчас с тобой разговариваю и понимаю, что ни за что не променяла бы разговор с тобой на диалог с настоящей Смирновой. Она меня недолюбливала. — И вновь я не могу расшифровать её эмоции — так спокойно говорить об умершем недавно человеке, пусть даже ты его не любил… тем более о знакомой с детства. Не удивлюсь, если Саша тоже доппельгангер, только всеми силами пытается это скрыть. И сколько нас на празднике? А на улице? А таксист точно был живым человеком из плоти и крови?