Книга Моряк, страница 44 – Ларс Кеплер

Его зовут Миран Мирантчук.

Именно его я считаю виновным в моей смерти и смерти Соланж.

Миран произнёс неприятную речь о богатстве и власти, а когда сравнил нас с закупленным скотом, Соланж возразила. Он замолчал, подошёл, прижал её к столу, прижёг рот сигаретой, изнасиловал у всех на глазах и сказал, что устроит ей настоящий ад в Санкт-Петербурге.

Мы слышали рассказы других, но это я видела собственными глазами.

Пока я пишу это, Соланж уже покончила с собой, а я скоро сяду на паром.

Пожалуйста, тот, кто найдёт это письмо, передайте его полиции и скажите моей маме, что я знаю, как ей было тяжело, что мне жаль, что я ей врала, и что я её люблю.

Тууликки Люсандер».

Внутри Ребекки одновременно ледяной холод и пылающий хаос. Ей хочется кричать, крушить всё вокруг.

— Что написано? — тревожно спрашивает Дагмар.

Ребекка смотрит на подругу, встречает испуганный взгляд и с трудом сглатывает.

— Это письмо Тууликки. Пойдём отсюда.

— Письмо нам?

— Пойдём, — говорит Ребекка и первой проходит через комнату, чувствуя, как дрожат ноги на лестнице к свежему весеннему воздуху.

Несколько детей бросают фрисби на траве. Ребекку едва не тошнит, она сплёвывает и чувствует холодный пот на спине.

— Дай посмотреть письмо, — говорит Дагмар и протягивает руку.

— Подожди, я не уверена…

— Что там было? — взволнованно спрашивает Дагмар.

Ребекка пытается как можно мягче рассказать о том, что сделали с Соланж, но в конце концов Дагмар вырывает письмо и читает сама. Тихо стонет, опускается на землю и плачет. Ребекка садится рядом, обнимает её и тихо говорит, что обе знают, что теперь делать.

— Что? — спустя некоторое время шепчет Дагмар. — Что мы будем делать?

— Для начала найдём Тууликки.

— Да…

— Напиши Синди… притворись Соланж и спроси, куда переехала Тууликки, — говорит Ребекка.

— Хорошо, — кивает Дагмар.

Она открывает приложение, находит Синди, пишет короткий вопрос, перечитывает, немного меняет тон, показывает Ребекке и отправляет:

«Привет, Синди. Ты знаешь, куда переехала моя подруга Тууликки? С уважением, Соланж».

Синди: «Какого чёрта, не пишите мне! Я же сказала — уезжайте как можно дальше: смените личности, сделайте пластическую операцию и исчезните!!!»

• • •

Ребекка слишком быстро мчится через центр Халлонбергена, резко поворачивает и не обращает внимания, что светофор уже переключился на красный.

Такси справа тормозит с визгом, останавливается двумя колёсами на тротуаре и долго сигналит.

— Это было лишнее, — говорит Дагмар.

— Мне всё равно, — бормочет Ребекка.

— Да… но я бы хотела найти Мирана Мирантчука и распороть его прежде, чем умру.

Они медленнее едут мимо серо-белых высоток со спутниковыми тарелками на балконах, станции метро, сирийской православной церкви, Orient Market и поликлиники, пока не находят место для парковки.

Ребекка проверила Мирана Мирантчука по розыскным спискам Интерпола и сохранила фотографии его лица и большой татуировки с луковичными куполами собора Василия Блаженного на груди.

Его подозревают в торговле людьми, похищениях, изнасилованиях, избиениях и убийствах; на него выдан международный ордер.

Умри, умри, сволочь, снова и снова думает Ребекка.

В темноте сознания Дагмар, словно на экране, возникают дрожащие кадры: Соланж с выпавшими передними зубами танцует балет в розовом; день рождения, когда внимание гостей так её утомило, что она сказала, будто не может открыть подарки — заболели руки; как она часами лежала на полу и плакала после «Титаника».