Книга Западная суть, Восточное начало, страница 213 – Алина Устинова

Не дав возможности Оливеру ответить, Пол повесил трубку. Представлять лицо Уотерса он не хотел, но пытался понять, не перегнул ли палку. С одной стороны, американец любил формальности и уважительное отношение к себе, с другой – в редкие моменты действительности дерзость его вдохновляла. Возможно, в маленьком бунте Пола Оливер нашёл нечто забавное и именно поэтому захочет досмотреть все сцены до конца.

Пол же пытался убедить себя в том, что любые дальнейшие действия будут обусловлены лишь попыткой уберечь Станиславу. Защитой. Он даже готов был положить на кон свою карьеру, лишь бы она… Но они шли в связке, и если падёт один, то падёт и другой. Эгоизм, получается. Пусть он и правда думал только о ней. Кто бы ему заранее сказал, что всё будет так сложно, он бы послал Оливера Уотерса в тот же день на «Большой двадцатке». Но выбираем ли мы судьбу, или всё же она – нас?

В глубине души он знал концовку даже слишком хорошо. Она никогда не станет Западом. Но, с другой стороны, думал ли Пол когда-то о том, чтобы стать Востоком? Или ещё страшнее – чтобы стать Канадой, которую за руку не держит Запад?

В кабинете российского президента, как всегда, было слишком много голосов, которые почти сливались в унисон, но продолжали звучать хором. На громкой связи был Левашин, в углу стояла советница, а напротив Филин сидел Олег. Они все обсуждали недавний инцидент с китайским предприятием, из-за которого несколько дней назад Анастасия и прервала разговор Станиславы и Олега. Геннадий не сдерживал себя в выражениях, заявляя, что подобная частота случаев с его «конторой» вынуждает его прибегнуть не к самым приятным действиям. И что он заставит «кого надо» усомниться в своём выборе мальчика для битья.

— Гена, соберись, – вставила Анастасия, когда того вновь унесло в море нецензурных выражений. – Не может за всем стоять Кайл Левенфорд, это же идиотизм. Он же понимает, что концы в воду не спрячешь, это слишком очевидный подозреваемый.

— Настенька, – приторно начал он, – а я думаю, что это операция запугивания больше, чем всё остальное. Я думаю, что они нас так торопят.

— Но с чем? – вмешалась Станислава. – Уотерс дал понять, что Мафазиму ему не надо. Смысла же нет.

— Не бывает так, что никому ничего не надо, – хитро сказал Гена.

— Про «никому» это ты хорошо сказал, – ухмыльнулась Анастасия. – Кому ещё что надо?

— Много кому! Взять, например, Сесиля Макамбо…

— А, то есть теперь мы пойдём по шизоидным версиям? Отлично!

Станислава перестала вслушиваться в их пререкания. Гена и Настя гоняли все теории, вне зависимости от того, насколько те казались безумными, пытаясь таким незамысловатым мозговым штурмом выйти на нужный след. Олег тем временем, задумавшись, смотрел прямо перед собой, а Станислава поглядывала в окно.

Она вспоминала свой состоявшийся накануне разговор с Полом Блэквеллом. Он тоже хотел обсудить с ней китайский инцидент, что было даже несколько удивительно. Конечно, Станислава ждала, что рано или поздно Пол поднимет эту тему. Ей просто казалось, что произойдёт это уже при личной встрече. Хотя с чего бы? Ситуация неотложная.

— Как ты? – это был его первый вопрос. Как всегда, заходил издалека, словно нужно было нащупать верную почву для осторожных шагов.

Станислава усмехнулась, но ничего не ответила. Он же сам понимал, что вопрос глупый.