Книга Западная суть, Восточное начало, страница 211 – Алина Устинова

— Я достаточно сообразителен, чтобы понять, что это был вопрос, на который ты хочешь ответить самостоятельно, – твёрдо ответил канадец.

— Да ладно тебе, не обижайся. Мы же старые друзья, и подшутить уже нельзя, – Оливер ухмыльнулся. – А как тебе такая версия: операция под чужим флагом – дело рук самих китайцев, а? Интересное развитие, не скажешь?

— И какой в этом смысл?

— Да какой угодно. Вот общались они со «Всерадетелем», да? И зачем? Может, они стоят дешевле, чем «Хакуна Матата» для охраны предприятий? Может, они ещё и таким образом нейтрализуют угрозу в виде этих же головорезов? Но как вытеснить Левашина, чтобы не обидеть Москву? Ну, чтобы типа не они виноваты были.

— Но план идиотский. Зачем «Хакуна Матате» нападать на объект, который она сама и охраняет? Который приносит доход? – Пол поморщился. – Это же выстрел в ногу. Подстава Кремля, и Москва бы поняла, что тут что-то нечисто…

— А ты много вопросов не задавай, Пол. Там тоже долго не думали. Мы же тут не следственные действия проводим, а так, лёгкую психологическую операцию. Левашин лишь сменная фигура, неофициальная рука Кремля. Как они могут обидеться на смещение какого-то «бизнесмена»? Рынок же свободный. Да и Пекин, наверное, не хочет лишних конкурентов в Африке. А на оставшемся скромном участке в Мафазиму – тем более. Там же теперь у нас три осинки, две апельсинки, Пол. Какие русские? Самим бы не уйти голодными, – его голос звучал коварно, и Пол уже понимал, к чему всё идёт.

— Предположим, эта версия имеет под собой основание, – осторожно сказал Блэквелл. – Но очень шаткое.

— Я думаю, тебе надо рассказать об этом нашей подруге Станиславе Филин. И убедить её в том, что китайцы России не товарищи, – Оливер даже снизил голос, чтобы звучало, наверное, ещё более заговорщически.

Пол долго молчал, обдумывая все его слова. Ему совсем не нравилась эта идея, особенно когда Блэквелл понимал, что пусть всё и звучало правдоподобно, было вымыслом, фактически – ложью. Да что с ним такое? Почему вдруг обман… Хотя сколько раз он уже задавал себе эти вопросы, и разве ответ не очевиден.

— Дуру из неё не делай, – только и сказал он.

— Что ты, в такую версию может поверить только высокоинтеллектуальный человек. Особенно если открывать все факты красиво. Как ты умеешь, Пол. И, главное, в нужный момент. Ну, знаешь, когда чувства, эмоции застилают глаза и фактов становится не видно, а вот мотивы…

И снова эта лесть. А теперь ещё и «факты». Он будто хотел, чтобы и канадец поверил в эту версию, а, может, так было бы проще.

— А я, – мечтательно продолжил Оливер, – для пестроты эффекта сниму с России пару санкций. Знаешь, чтобы Пекин подумал, что мы в сговоре. Что думаешь?

Идеи становились бредовее, и слава богу, что это был телефонный разговор: на лице Пола отразился весь спектр эмоций.

— Я думаю, это не очень светлая идея.

— Не очень светлая идея, Пол? – в голосе Оливера проскакивали нотки раздражения. – Время уходит, если ты не заметил, а Станислава Филин всё ещё витает где-то на восточной границе. Очерчивает её всё чётче, пока на нашей западной перекати-поле. У нас с тобой была договорённость, и складывается впечатление, что ты совершенно не стремишься её выполнить.

— Это не так, – тут же выпалил он. – Я делаю всё, что в моих силах.