Книга Мы сотрем ваше прошлое, страница 126 – Анита Гамильтон

— Почему я никогда ее не видела?

— Потому что Эл пригрозила сломать мне вторую руку, если я кому-нибудь покажу. Первую она уже ломала, так что я привык уважать аргументы, подкрепленные статистикой.

Фрэнк сунул руку во внутренний карман и протянул Люси фляжку.

— Бурбон. Хороший я не принес, потому что после второго стакана твоя бабка все равно не чувствует разницы.

Люси взяла фляжку и впервые за утро улыбнулась по-настоящему.

— Она всегда говорила, что после второго стакана хороший бурбон становится пустой тратой денег.

— Именно поэтому мы столько лет дружим.

Фрэнк забрал фляжку, сделал маленький глоток прямо перед дверью похоронного зала и спокойно ушел внутрь.

Следующими приехали Сэм и Марк.

Люси не видела их с той проклятой уборки на складе Генри. Сэм, работавший в крематории и поэтому, казалось бы, профессионально подготовленный к мероприятиям подобного рода, выглядел здесь заметно менее уверенно, чем возле промышленной печи. Марк по-прежнему жевал мятную жвачку — очевидно, единственную стабильную вещь в его жизни — и держал огромный букет, который сразу вызвал у Люси нехорошее предчувствие.

Она посмотрела на цветы.

Потом на Марка.

— Только не говори, что там лилии.

Марк замер.

Сэм медленно повернул голову к букету, затем к своему приятелю и с выражением глубоко оскорбленного человека произнес:

— Я говорил тебе спросить. Ты сказал, что сам разберешься, потому что «цветы — это не квантовая физика», и вот теперь мы стоим на похоронах женщины, которую ты знал, с единственными цветами, которые она ненавидела.

Марк осторожно повернул букет так, будто надеялся спрятать большую его часть.

— Там не только лилии.

— Они составляют процентов семьдесят, — заметила Люси.

— Шестьдесят.

— Эл считала, что лилии пахнут дорогой смертью.

Марк перестал жевать.

Сэм тихо выругался.

Джессика, наблюдавшая за происходящим с кофе в руке, совершенно невозмутимо кивнула в сторону двери.

— Ставьте возле фотографии. Для атмосферы. Если она вернется с того света, хотя бы сразу поймет, на кого орать.

Марк уставился на нее.

Люси зажала рот ладонью, но смех все равно вырвался — короткий, неприличный и почти болезненный. Сэм продержался еще секунду, потом тоже не выдержал, а Марк, окончательно смирившись с тем, что выбрал цветы настолько плохо, отчего покойная потенциально могла вернуться ради личной мести, нервно рассмеялся следом.

Четверо взрослых людей стояли под моросящим дождем возле похоронного бюро и смеялись над лилиями для слепой старушки, которая ненавидела похоронные цветы.

Люси первой перестала.

Смех оборвался так же внезапно, как появился, оставив после себя знакомую тяжесть где-то под ребрами.

— Господи. Она бы нас всех убила.

— Учитывая список присутствующих, ей пришлось бы брать номерок, — тихо заметила Джессика и на этот раз больше ничего не добавила.

Сэм забрал у Марка букет, положил ладонь Люси на плечо и вместе с приятелем ушел внутрь.

Джессика осталась рядом.

Люси увидела Генри примерно за десять минут до начала церемонии.

Она не искала его. По крайней мере, именно это повторяла себе всякий раз, когда очередная машина останавливалась у входа и ее взгляд автоматически поднимался.

Черный «Кадиллак» появился в конце улицы и остановился возле тротуара.

Блэйз вышел первым.