Книга Колыбель Марбаса, страница 41 – Лидия Милеш

Из-за шкафов, из темных углов, из-за медицинских боксов один за другим появились дети. Все мальчишки. Никому не больше пятнадцати. На каждом висела чужая одежда: жилеты, рабочие куртки, штаны, слишком большие, слишком длинные, будто все они принадлежали взрослым работникам станции. Один бросился к панели управления хирургическим роботом, другой навалился плечом на каталку, помогая тащить ее к операционному столу, остальные вынимали заботливо вставленные иглы. И верховодила всем Звездочка, взобравшись к Док на постель.

Бориса накрыл натуральный ужас. Что-то человеческое внутри все еще надеялось, что они ничего не сделают.

— СТОЙ, ТВАРЬ! — заорал он, срывая голос и изо всех сил пытаясь протиснуться в узкую щель двери. — СТОЙ!

Хирургическая установка с громким металлическим щелчком ожила. Звездочка тут же отступила и легко спрыгнула на пол. Над столом дрогнули манипуляторы. Один за другим они плавно развернулись в сторону Док. Матово-черная поверхность поглотила свет ламп, отчего казалось, будто из самой темноты к телу Намиру тянет лапы гигантский паук. Из-за двери Борис видел лишь часть установки, но этого было достаточно, чтобы понять. Манипуляторы опустились. Троакары вошли в тело. Кушетка едва заметно вздрогнула, а вслед за ней дернулось тело Намиру.

В бессильной ярости Борис схватил автомат. Очередь прокатилась по лазарету. Он стрелял наугад, лишь бы уничтожить консоль управления. Понимал, что рискует попасть в Док, но выбора не осталось. Пуля казалась куда более милосердной смертью, чем то, что собирался сделать хирургический робот. По крайней мере после пули шанс выжить больше, чем после того, как тебя выпотрошат и вывернут наизнанку.

Пули вспороли пластик и металл. Консоль брызнула искрами, корпус лопнул, разлетаясь на куски. По лазарету прокатились детские крики. Кто-то бросился в сторону, кто-то упал на пол, закрывая голову руками. Но манипуляторы продолжали работать. Тело Док дергалось в конвульсиях.

Борис видел, как куски плоти Намиру, разрываемые острым скальпелем, полетели на пол. Мелкая добралась до джойстика, и один из манипуляторов уже на треть вошел в тело.

— Я не вижу ребеночка! — капризно крикнула Звездочка и топнула ногой. — Ты меня обманул! Обманул! Обманщик, там никого нет.

— Отойди от нее, тварь! Отойди, я сказал, — рявкнул Борис, снова наваливаясь на дверь.

Металл жалобно заскрипел, но не поддался. Он почувствовал, как внутри что-то надломилось. Ярость схлынула так же быстро, как пришла.

— Звездочка… — голос неожиданно прозвучал совсем тихо. — Прошу, послушай меня. Пожалуйста. Помнишь, я тебе рассказывал про ребеночка? Он там. Правда там. Просто он еще очень маленький. Совсем крошечный. Его нельзя увидеть вот так. Нужно немного подождать… Совсем чуть-чуть. Ты ведь умеешь ждать?

Звездочка нахмурилась.

— Правда маленький?

— Правда. Честное слово. Я тебе не вру. Отойди от Намиру… пожалуйста. А когда она проснется, я покажу тебе ребеночка. Обещаю. Ты же мне веришь?

Звездочка молчала. Она переводила взгляд с Бориса на Док и обратно, теребя пальцами край платья. Совсем как обычный ребенок, который решает, верить обещанию взрослого или нет. “Давай же… — мысленно умолял Борис, уже не понимая, к кому обращается. — Поверь… Просто поверь…”. И в это же время молил Док, чтобы та больше никогда не проснулась. Патроны кончились. А сейчас бы единственный выстрел, который заставит Док выйти из пыток. Всего один выстрел. Сейчас ему был нужен один-единственный выстрел.