Книга Колыбель Марбаса, страница 38 – Лидия Милеш

— Что это значит? Что это значит? Что это значит?

Она тараторила вопрос снова и снова капризным тоном, что Борис почувствовал, как внутри стремительно закипает раздражение.

— Да заткнись ты! — рявкнул он. — Это значит, что у нее будет ребенок.

Звездочка мгновенно притихла. Несколько секунд просто смотрела на него своими огромными глазами. А потом спросила со скромной надеждой в голосе:

— Девочка?

Борис задумался. Странно, ему даже в голову не пришло проверить, какого пола ребенок. Словно одно короткое слово на экране сделало бы все окончательно настоящим. Пока это оставалось строками медицинского отчета, с реальностью можно было спорить. Но если появится “девочка” или “мальчик”, спор закончится.

С другой стороны, какая вообще разница? Ребенок уже есть. И одного этого факта достаточно, чтобы перевернуть все к чертям.

Тем не менее секундное любопытство победило. Борис потянулся к панели и стал пролистывать бесконечные медицинские параметры, пока взгляд не зацепился за нужную строку.

— Девочка, — коротко сказал он, ничего не почувствовав.

Зато Звездочка оживилась, будто услышала лучшую новость в жизни.

“А ей-то с чего так радоваться?” — подумал Борис. — “Женская солидарность?”

Девочка уже обходила капсулу с Намиру круг за кругом, разглядывая ее с восторженной осторожностью.

— Такая маленькая, — прошептала она. — Совсем маленькая.

— Сначала маленькая, — буркнул Борис. — А потом вырастет и начнет доставать окружающих. Примерно как ты.

Звездочка пропустила колкость мимо ушей.

— Я никогда не видела маленьких. Они всегда приходили большими. С маленькими интересно?

— С ними невозможно договориться, — машинально ответил Борис и вдруг осекся.

Фраза царапнула слух. Он медленно повернул голову к малявке.

— Кто приходил?

Звездочка стояла у изголовья постели Намиру и как завороженная разглядывала медальон на ее шее. Стандартный подарок каждому сотруднику при зачислении в медицинский корпус Межгалактического Совета. Впрочем, Совет никогда ничего не дарил просто так. В корпус медальона вшивали полный биометрический профиль владельца: группу крови, генетические маркеры, медицинскую историю, особенности организма — все, что могло понадобиться хирургам. Любой лазарет флота считывал эти данные за секунды. Даже если от человека оставалась едва живая груда мяса, медальон позволял понять, кого собирать обратно. Впрочем, как побрякушка выглядел он довольно изящно.

— Я возьму? — спросила Звездочка.

— Так кто приходил? — вернулся к вопросу Борис.

— Мальчики. А я хочу себе девочку.

Она опустила взгляд на свою высохшую обезьяну и неожиданно протянула ее Борису.

— Видишь, я была для нее хорошей мамой.

Борис брезгливо поморщился.

— Мерзкая тварь.

— Но потом она меня не слушалась и пришлось ее наказать.

На мгновение Звездочка задумалась, затем ее лицо вдруг просветлело. Глаза лукаво сощурились. Резким движением она потянула с шеи Намиру медальон. Тонкая цепочка жалобно звякнула и лопнула. Девочка тут же отскочила назад, крепко сжимая добычу в кулаке, а на губах появилась довольная улыбка.

— Эй! Ты что творишь?! — рявкнул Борис, вскакивая. — А ну отдай! Живо!

— А ты найди меня! — звонко рассмеялась Звездочка. — Догони! Найди!

И сорвалась с места. Она неслась по лазарету с поразительной ловкостью. Перепрыгивала через ящики и оборудование, скользила между стойками, а там, где взрослому пришлось бы обходить препятствие, просто проскальзывала под ним. Борис выругался и бросился следом. Но гоняться за ней в тесном помещении оказалось невозможно.