Книга Качели смерти, страница 68 – Котаро Исака

Мы переехали из родительского дома в квартиру в соседнем районе в конце прошлого года. Когда Мияко предложила этот вариант, мама согласилась.

Я много раз спрашивал у матери, не будет ли ей одиноко остаться одной, но она каждый раз отвечала, что наконец наступает самое спокойное время в ее жизни.

— Наото, ты наверняка тоже заметил, что мы со свекровью как разные полюса магнита. Отталкиваемся каждый раз, когда оказываемся рядом. Как бы нам ни хотелось поладить, – однажды сказала Мияко.

— Может, у вас кармическая связь? – пошутил я. Можно ли объяснить проблемы в отношениях между женой и свекровью через метафору с магнитом?

Мияко продолжила:

— Именно поэтому важно сохранять дистанцию между полюсами магнитов. Это способ их стабилизировать.

— Поэтому нужно разъехаться?

— У этого слова есть неприятное значение. Держать дистанцию – это хорошо, совсем как в политике, где две страны стараются поладить друг с другом.

— Урегулирование торговых трений.

— Посмотри лучше на этот невероятный талант! – говорит Мияко, взяв со стола рисунок на большом листе чертежного картона. Вероятно, его доставили вчера. Это изображение деформированной улитки. Изображение выглядит милым, но очень искусно выполненным и совсем не походит на любительский рисунок.

— Это мама нарисовала?

— Мы вместе делаем книжку с картинками.

— Да? – спрашиваю я, не понимая смысла ее слов.

— Свекровь с детства любит рисовать, и, когда я предложила ей сделать эту любовь своей работой, она задумалась. Не знаю, как так получилось, но я придумала историю для иллюстрированной книги.

— Про улитку? – аккуратно уточняю я, надеясь, что мои слова не обидят и не разозлят жену.

— Наша улитка – герой. Ее тело превращается в сталь. А еще у нее есть копье Лонгина^[43].

— То, которым пронзили Христа?

— Священное копье.

— Для улитки?

— Ну хорошая же идея!

— Интересная, – отвечаю я, хотя в глубине души так не думаю. Но я очень рад совместной работе Мияко и моей матери.

Я не могу не думать о том, что им, вероятно, было бы проще работать, если б они жили вместе. Мияко, в свою очередь, кажется, не беспокоится по этому поводу.

— Так будет лучше. Нам проще работать на расстоянии, используя почту. Так легче достичь примирения.

— Примирения?

— Гор и моря.

— Гор и моря, – рефлекторно повторяю я. Взглянув на часы, понимаю, что опаздываю, поэтому, бросившись к двери, на прощание машу жене рукой и выхожу на улицу.

Спустя несколько месяцев после того кошмарного происшествия швы на моей спине и боку окончательно затянулись, но дела на работе, вполне ожидаемо, оставляли желать лучшего. Это естественно, когда один из сотрудников чуть не погиб, а второй оказался преступником. Я до сих пор не знаю, как именно мне удалось избежать гибели во время инсценированного самоубийства. Оказавшись на больничной койке, я долго приходил в себя после операции, плохо понимая, что со мной произошло. Так я и заявил полицейским. Я наверняка знаю лишь то, что Ватануки был признан виновным в большом количестве преступлений и в результате арестован.

Полицейские туманно объяснили мне, что Ватануки не раскрыл им деталей того, что произошло на стройке, но, по всей видимости, признался, что планировал меня подставить. Кажется, он потерял память от сильного удара головой. Клиника О. больше не могла продолжать свою деятельность, поскольку ее руководство было уличено в мошенничестве. Я с грустью вспомнил о докторе О., который с теплотой говорил о моем отце, но не мог ничего изменить.