Книга Ателье на Петроградской для опального дракона, страница 60 – Камелия Найт

— Вер, ты знаешь, что у нас творится? Половину людей отправляют домой.

За её голосом гремят тележки и строчат машины. Я узнаю этот цех по звуку — пятнадцать лет могла с закрытыми глазами определить, какой стол работает.

— Контракты приостановили, пока проверяют склад и бумаги.

— Андрей говорит, всё из-за писем поставщика. Мы-то эти письма в глаза не видели.

— Знаю.

— И что теперь с зарплатой?

Ответа у меня нет. Андрей прикрывался рабочими, когда объяснял, зачем промолчал. Теперь они действительно расплачиваются за его решение.

— Службе нужны люди на переделку проверенной формы. Я узнаю, можно ли вас подключить напрямую.

— Всех?

— Не обещаю. Сначала поговорю с договорным отделом.

— Поговори сегодня, ладно? У нас никто ничего не понимает.

Она отключается.

Я сразу звоню в договорный отдел. Там обещают дать ответ после обеда: объём растёт, мастера действительно нужны, но каждого придётся оформлять напрямую и допускать к работе по общей схеме.

К одиннадцати в дверь моей мастерской входит Андрей.

Он выглядит так, словно не спал. Под глазами тёмные круги, дорогая рубашка измята. Раньше Андрей никогда не позволил бы себе появиться перед сотрудниками в таком виде. Сегодня ему, кажется, всё равно.

— Можно?

— Заходи.

Он закрывает дверь и остаётся стоять возле неё. В мастерской снова тесно от его присутствия, но прежнего ощущения, будто хозяин вернулся в собственное помещение, уже нет.

— Контракты остановили, — говорит Андрей.

— Знаю.

— На складе с утра следователи. Изъяли документы, опечатали часть рулонов. Заказчики звонят и спрашивают, не опасна ли вся наша одежда.

— Что ты им отвечаешь?

— Что проверка касается определённой ткани. И что мы предоставляем всё, что требуют.

Он проводит ладонью по лицу.

— Городской заказ мы, скорее всего, потеряем.

Я ничего не говорю. Утешить его было бы ложью. Порадоваться я тоже не могу: вместе с Андреем за эту потерю заплатят люди, которые просто шили по выданным накладным.

— Мне позвонили мастера, — произношу я. — Они боятся остаться без зарплаты.

— Поэтому я здесь.

Андрей подходит к столу, но не садится без приглашения.

— Ты набираешь людей для переделки резервной формы. Возьми наших.

— Ты предлагаешь цех как подрядчика?

Андрей качает головой.

— Контракты фирмы остановлены. Я говорю о людях. Пусть те, кто захочет, оформятся у тебя напрямую.

Я не сразу верю, что правильно услышала.

— Оплата пойдёт от службы каждому мастеру. Ты не удерживаешь процент и не распределяешь задания.

— Понимаю.

— Никаких распоряжений из старого ателье. Приёмка общая, ставки тоже.

— Вера, я пришёл не торговаться.

Он устало опирается ладонью о край стола.

— Они не читали переписку с Лебедевым. Не подписывали тот акт. А сегодня сидят без работы из-за меня.

— Люди сами решат, идти ли на временный заказ.

— Сами, — повторяет Андрей. — Я передам условия и твой номер.

Он смотрит на вывеску с внутренней стороны окна. Простые буквы: «Вера Ланская».

— Странно, — говорит он. — Раньше ты предлагала людей и работу мне. Теперь я стою у твоего стола.

— Привыкай.

— Видимо, придётся.

Андрей направляется к двери. У порога останавливается, но не оборачивается.

— Я не прошу тебя вернуться и спасать ателье. По дороге сюда хотел попросить. Потом понял, как это будет звучать после всего.