Книга Ателье на Петроградской для опального дракона, страница 63 – Камелия Найт

Дверь открывается.

— Заходите, Роман.

Председатель говорит спокойно. Я понимаю ответ по его лицу раньше, чем он начинает.

Вернуться к прежней полевой нагрузке я не могу. Левая рука слабее. Долго оставаться внутри опасно. Сильное изменение тела требует слишком много времени на восстановление. Руководить группой на выезде, если сам не способен выполнить любую задачу вместе с людьми, комиссия пока не рекомендует.

Каждая фраза ожидаемая.

И всё равно внутри что-то обрывается.

Полтора года я говорил себе, что ухожу временно. Ещё один курс лечения. Ещё месяц упражнений. Ещё немного — и рука поднимется выше, чешуя перестанет застревать у шеи, я снова стану прежним.

Комиссия отменяет это «когда-нибудь» за несколько минут.

— Возможна работа в обучении, — продолжает председатель. — Разбор операций, подготовка групп, консультации. После дополнительной проверки — отдельные короткие выезды. Без длительной нагрузки и тяжёлой работы левой рукой. Решение по каждой задаче принимает действующий командир.

— То есть Сергей.

— Да.

— А если он считает, что я должен выйти?

— Вы всё равно обязаны оценить состояние и отказаться, если плечо не выдержит.

Я невесело усмехаюсь.

— Вы многого хотите.

— Вы сами подали документы, Аверин.

Я подписываю, что ознакомлен с решением, и выхожу.

Телефон лежит в кармане. Вера просила позвонить. Я дохожу до машины, сажусь за руль и несколько минут смотрю на её имя.

Если скажу правду, она ответит, что это всё равно возвращение. Что обучение и короткие выезды тоже важны. Возможно, обнимет. И мне станет легче.

Именно этого я боюсь.

Вера сейчас строит новую работу, получает договоры на собственное имя, собирает вокруг себя людей. Её жизнь наконец движется вперёд. А рядом окажусь я — мужчина, у которого после тяжёлого дня не застёгиваются пуговицы. Который может отменить поездку из-за плеча. Которому понадобится помощь завтра, через год, возможно, всегда.

Я звоню.

— Ну? — отвечает Вера сразу. Вокруг неё стучат машины. — Что сказали?

— Вернуться могу. Обучение, консультации. Иногда выезды.

— Роман, это же...

— Мне нужно ехать. Потом поговорим.

Я отключаюсь прежде, чем слышу радость в её голосе.

Следующие дни я действительно работаю. Сергей даёт старые планы зданий, просит посмотреть новые инструкции для молодых драконов. Я прихожу в службу рано, ухожу поздно. На короткие выезды меня пока не отправляют.

Вера тоже занята. Мы видимся вечером, иногда остаёмся друг у друга. Я помогаю ей развозить еду по мастерским, она проверяет, не давит ли новая рубашка на чешую.

Внешне ничего не меняется.

Только я перестаю говорить о будущем.

Когда Вера предлагает после окончания срочного договора съездить на неделю к морю, отвечаю: «Посмотрим ближе к сроку».

Когда она говорит, что осенью может искать помещение побольше, я обсуждаю аренду и ни разу не произношу «мы посмотрим».

Когда оставляет у меня вторую щётку, я не освобождаю полку. Просто ставлю рядом со своей.

Мне кажется, я действую осторожно. Не обещаю того, чего, возможно, не смогу выполнить. Не привязываю Веру к жизни, о которой она пока ничего не знает.

Она замечает через четыре дня.

Мы остаёмся вдвоём в её мастерской. Вера закрывает кассу, я складываю со стола куртки. Она вдруг забирает одну у меня из рук и кладёт обратно.