Книга Бусина из муранского стекла, страница 197 – Анна Боронина

Клето неопределенно пожал плечами:

— Когда сменится караул в девять. Через пару часов, наверное.

Время тянулось медленно, словно разогретое стекло, производство которого успел показать Чезаре до того, как они отправились сюда. В стеклодувных мастерских нашлись и несколько весьма полезных артефактов, которые друг захватил с собой, чтобы после всех препятствий на пути к вожделенному договору они могли в приличном виде появиться на маскараде.

Слишком многое держалось на случайностях, но ничего лучше за такой короткий срок придумать не смог даже поднаторевший в интригах Галеацио Паццо. Дерзкий и простой план – все, что им оставалось, потому что, если Джаккомо и Чезаре не преуспеют, Лучиане придется обручиться с Якопо.

Джаккомо покосился на Чезаре и подумал, что вот этого его друг не допустит. Он сам тоже младшему Паскари не доверял. Тот мог заставить Лучиану быть с ним, а Лучиана, конечно же, сделала бы все, чтобы спасти мать. А ведь Якопо мог что-то еще и присовокупить к угрозам. И Джованни! Вот уж никогда не думал, что младший братец страдает от уязвленного самолюбия. Джаккомо всегда казалось, что тому попросту не интересны придворные интриги и власть. Джованни больше интересовался развлечениями и соблазнением фрейлин матери. А вышло все вон как. Впрочем, это отцу стоило чуть больше рассказывать семье о проблемах, а не строить из себя всемогущего Верховного мага. Им всем стоило быть более открытыми. Джаккомо подумал, что Лучиана уж точно не заслужила всего, что выпало на ее долю, и что он сделает все возможное, чтобы Паскари она не досталась.

Двое скандалистов наконец примолкли. Пьяница так и спал на полу, о том, что он жив, свидетельствовало сопение с присвистом. Чезаре расслабленно, на первый взгляд, сидел, придерживая правую руку и упираясь затылком в стену, Клето, напротив, весь так сгорбился, что его маска-клюв едва ли не упиралась кончиком в грязный пол.

— Так теперь и будем сидеть тут до конца праздников, – ворчливо и вместе с тем с тоской проговорил один из оборванцев-заключенных. – Так бы хоть горло можно было бы задарма промочить.

— А я говорил тебе, не приставай к синьоре! Тьфу! – сплюнул на пол второй, – Что из благородных она.

— Да у нее грудь была во как видна! – возразил второй, описывая в воздухе фигуру, которая должна была означать явно соблазнительные полушария.

— И что? Не для тебя она была видна. Она же во дворец шла. Тьфу, тупица! Так бы гуляли сейчас. А теперь тут булькать. Вон уже и вода пошла. Так и знал, что поднимется сегодня.

— Не поднимется! Дождя даже толком не было!

— Поднимется! – возразил второй, и Джаккомо подумал, что им просто доставляет удовольствие препираться – не самый худший способ скоротать время. – Завтра обручение с морем. Маги из Совета уже второй день погоду раскачивают. Как бы мы тут совсем не утопли.

Джаккомо невольно посмотрел под ноги. Пол блестел от влаги, виднелись какие-то комки невесть откуда взявшейся тут земли. Солому, сваленную в углу, разнесли по всей темнице. В подрагивающем свете факела (разумеется, никто не стал освещать артефактами тюремное помещение с заключенными) оказалось сложно разобрать, но Джаккомо подумал, что такой лужи на полу, как сейчас, когда их только привели, точно не было.