Книга Ворона в гареме. Книга 2, страница 39 – Коуко Сиракава

Прошло время, и госпожа Юаньлинь заблистала, словно отшлифованная яшма. Кто бы ни бросал на нее взгляд, всех влекла к себе ее красота. Девушка прекрасно владела искусством игры на цитре, отличалась успехами в каллиграфии и стихосложении. Были, конечно, и у этой жемчужины изъяны – она была слишком легкомысленной, ни о чем глубоко не задумывалась… Но я гордилась ею, думая, что госпожа Юаньлинь не уступит ни одной даме на женской половине дворца. Вот только…

В наши расчеты вкрались две непредвиденные ошибки. Первая – это будущий супруг госпожи. Хоть речь и шла о дворце, батюшка собирался выдать свою дочь не за правителя, не за императора Яньди. Отец хотел отправить дочь в Восточные покои, к наследнику престола. Ведь правитель был тогда уже в преклонных годах, у него была законная супруга-императрица и дети, так что для него женская половина уже не имела такого значения. Поэтому и придворных дам во дворец принимали мало.

Однако и сама императрица, и семьи наложниц из Восточных покоев велели подождать с отправкой госпожи Юаньлинь. Ни там, ни там не желали, чтобы наследный принц был очарован внешностью госпожи, о которой все так высоко отзывались. Между отцом госпожи, императрицей и родственниками наложниц возникли разногласия. Батюшке госпожи следовало внести раскол между родственниками или заручиться их расположением, но ему это не удалось. К тому же все усложнилось. Пока он хлопотал, кто-то нашептал императору о том, что говорили про госпожу Юаньлинь. Может быть, сторонники императрицы, а может – кто-то из наложниц Восточных покоев. Как ни странно, император заинтересовался. Все знали, что он обожал свою супругу и к наложницам на женской половине не проявлял особого интереса, почему же он так захотел увидеть госпожу? Наверное, это было помрачение рассудка на пороге старости… Или он хотел помечтать о красивой, молодой наложнице? Так или иначе, рассказы о ней тронули сердце правителя. Теперь уже отцу госпожи Юаньлинь ничего не оставалось, как отправить ее во дворец. Можно сказать, удачей оказалось то, что император проявил к девушке интерес. Возможно, ее батюшка и был недоволен, но я считала, что это просто капризы. Правитель изволил выказать свое расположение – с этим нужно считаться. В этом случае, даже если есть законная супруга-императрица, первой наложницей становится госпожа Юаньлинь. Это ли не наивысшее признание? Торжествуя, я занялась подготовкой к отъезду во дворец.

Однако госпожа Юаньлинь не выказывала никакого желания переезжать. И в этом была еще одна наша ошибка. Мы были уверены, что она с детских лет знает о том, что попадет во дворец. Конечно, все это время госпожа Юаньлинь считала, что там ее будет ждать наследник престола, поэтому колебания девушки можно было понять. Однако неизвестно, полюбит ли ее молодой господин, даже если она окажется в Восточных покоях. Нет, госпожа Юаньлинь была столь хороша собой, что не могла не очаровать любого… Но теперь ее возжелал император. А это совсем не то. Здесь победа уже предрешена. Так я говорила госпоже, поддерживая ее. Даже ругалась иногда. Говорила, что нельзя выказывать такую слабость, что она должна подчинить себе женскую половину и быть поддержкой своему батюшке, стать первой из наложниц…