Книга Покой нам только снится, страница 57 – Анастасия Рафаенко

Ли Юань не дви­га­ет­ся, не мор­га­ет, лишь тем­ные гла­за впи­ва­ют­ся в ли­цо с той са­мой без­жа­лост­ной, рент­ге­нов­ской прон­зи­тель­но­стью, ко­то­рой этот че­ло­век обыч­но смот­рит сквозь шир­мы и мас­ки.

— Не хо­чу быть пеш­кой, – про­из­но­шу, и сло­ва зву­чат не как жа­ло­ба и не как клят­ва, а как кон­ста­та­ция фак­та, столь же неопро­вер­жи­мо­го, как де­бет, рав­ный кре­ди­ту в без­упреч­но све­ден­ном ба­лан­се. – Хо­чу сто­ять на вер­шине дос­ки. Не на троне – трон, как из­вест­но, все­го лишь стул с неудоб­ной спин­кой. На вер­шине, там, от­ку­да вид­но, ку­да ста­вить кам­ни и за­чем. Там, от­ку­да опре­де­ля­ют­ся пра­ви­ла.

Ли Юань мед­лен­но от­де­ля­ет­ся от сте­ны, и дви­же­ние это – те­ку­чее, бес­шум­ное, слов­но тень, об­рет­шая во­лю, – со­кра­ща­ет рас­сто­я­ние меж­ду ни­ми до то­го са­мо­го пре­де­ла, за ко­то­рым веж­ли­вый раз­го­вор пре­вра­ща­ет­ся в нечто боль­шее. Лун­ный свет ло­жит­ся на ску­лы, очер­чи­ва­ет ли­нию че­лю­сти, бро­са­ет те­ни от рес­ниц на блед­ную ко­жу, и в этом осве­ще­нии ли­цо гла­вы Тай­ной Ст­ра­жи – не кра­си­вое, нет, в нем слиш­ком мно­го уг­лов, шра­мов и жест­ко­сти для кра­со­ты – ста­но­вит­ся ли­цом че­ло­ве­ка, при­няв­ше­го ре­ше­ние, от ко­то­ро­го не от­сту­па­ют.

— То­гда поз­воль­те мне стать ва­шим клин­ком, – го­лос Ли Юа­ня зву­чит негром­ко, но каж­дое сло­во па­да­ет в ти­ши­ну пе­ре­ул­ка с ве­сом за­ка­лен­ной ста­ли. – Не щи­том – вы не нуж­да­е­тесь в за­щи­те, се­го­дняш­ний ве­чер до­ка­зал это убе­ди­тель­нее, чем лю­бой трак­тат о во­ин­ском ис­кус­стве. Не со­вет­ни­ком – ваш ра­зум ост­рее лю­бо­го со­ве­та, ко­то­рый спо­со­бен дать че­ло­век мо­ей про­фес­сии. Клин­ком – тем ин­стру­мен­том, ко­то­рый бес­по­ле­зен без ру­ки, на­прав­ля­ю­щей удар, но смер­то­но­сен, ко­гда ру­ка зна­ет, ку­да бить.

— Кли­нок под­чи­ня­ет­ся ру­ке, – от­ве­чаю, и го­лос зву­чит ти­ше, чем хо­те­лось бы. – А вы, князь, не из тех, кто под­чи­ня­ет­ся.

— Вер­но. Я не из тех, кто под­чи­ня­ет­ся. Но я из тех, кто вы­би­ра­ет. И мой вы­бор – сто­ять ря­дом с той, кто спо­соб­на из­ме­нить пра­ви­ла на дос­ке, а не про­сто пе­ре­дви­гать кам­ни по чу­жо­му за­мыс­лу.

Про­тя­ги­ваю пра­вую ру­ку – ту, что не ра­не­на, – и Ли Юань при­ни­ма­ет ру­ко­по­жа­тие, и при­кос­но­ве­ние ла­до­ней, су­хое, креп­кое, ли­шен­ное вся­кой сен­ти­мен­таль­но­сти, скреп­ля­ет нечто боль­шее, чем со­юз, и нечто бо­лее прак­тич­ное, чем клят­ва.

— То­гда нач­нем с ма­ло­го, – про­из­но­шу, вы­сво­бож­дая ру­ку и до­ста­вая из-за па­зу­хи шел­ко­вый свер­ток с за­пис­кой Ва­нь­эр. – Зав­тра утром эта за­пис­ка, вме­сте с фи­нан­со­вым от­че­том о ма­хи­на­ци­ях кла­на Су, ока­жет­ся на сто­ле у Им­пе­ра­то­ра. Че­рез два дня Ми­ни­стер­ство Тор­гов­ли нач­нет офи­ци­аль­ную про­вер­ку. Че­рез неде­лю Ва­нь­эр по­те­ря­ет все – день­ги, вли­я­ние, по­кро­ви­тель­ство Прин­ца. А че­рез ме­сяц...

— Че­рез ме­сяц?

— Че­рез ме­сяц у Им­пе­рии Ве­ли­кая Янь по­явит­ся но­вый управ­ля­ю­щий. Не им­пе­ра­тор – это чу­жая долж­ность. Не канц­лер – слиш­ком мно­го це­ре­мо­ни­аль­ных обя­зан­но­стей. Кто-то, сто­я­щий за ку­ли­са­ми, неви­ди­мый, но неза­ме­ни­мый. Тот, кто бу­дет опре­де­лять, ко­му про­да­вать чер­ни­ла, ко­то­ры­ми под­пи­сы­ва­ют­ся ука­зы.