Онлайн книга «Покой нам только снится»
|
Я стою за ширмой, и внутри меня поднимается волна холодного, кристально ясного бешенства, мгновенно сменяющегося ледяным расчетом. Император не глуп. Он циничен. Он готов позволить Су Чжэню разрушить оборону, чтобы Ли Цзянь разочаровался в своих «друзьях» и вернулся в лоно традиционной аристократии. Император считает, что семья Чжао, как верные псы, всегда будет ждать на пороге, готовая броситься спасать трон по первому зову. Император считает, что мы – его страховочная сетка. Я поворачиваюсь к брату. Чэнь смотрит на меня, и в его ледяных глазах я читаю тот же самый, безупречно логичный вывод. — Ошибка в расчетах, – тихо произносит брат. – Император не учел фактор усталости материала. — Именно, – киваю я, и мои губы растягиваются в улыбке, от которой евнух, подошедший принять печать, невольно делает шаг назад. – Страховочная сетка только что перешла в собственность другого акционера. Я протягиваю евнуху тяжелую яшмовую печать, завернутую в желтый шелк. — Передайте Его Величеству, что генерал Чжао глубоко скорбит о невозможности служить дальше. Его здоровье подорвано, а врачи настаивают на немедленном отъезде в южные поместья, где воздух более благоприятен для легких. Мы покидаем столицу сегодня же. Евнух бледнеет, его руки трясутся, принимая символ военной власти. — Но... госпожа Чжао... кто же будет командовать столичным гарнизоном? Клан Су еще не прибыл из провинции... — О, я уверена, принцесса Су Ваньэр найдет среди своих родственников кого-нибудь, кто умеет красиво маршировать под звуки флейты, – отвечаю я, безупречно вежливо склоняя голову. – Желаю Империи процветания, а Его Высочеству – бесконечного вдохновения. Мы с братом разворачиваемся и выходим из зала. Тяжелые двери Министерства закрываются за нашими спинами, отсекая запах страха и киновари. На улице дует пронизывающий северный ветер, срывающий с крыш последние снежинки. Я поднимаю воротник соболиной накидки, чувствуя, как холодный воздух наполняет легкие. Где-то там, за высокими стенами Запретного города, инфантильный мальчик и его алчная фаворитка пьют вино, празднуя свою «победу». А старый, циничный Император сидит в своем кабинете, думая, что он управляет хаосом. Они все забыли одну простую истину: когда рушится крыша, не имеет значения, кто был архитектором. Важно лишь то, кому принадлежит лес, из которого будут строить новую. — Чэнь, – говорю я, садясь в нашу карету, обитую мягким бархатом. – Отправь гонца на север. Пусть наши зернохранилища в провинции Хэбэй прекращают отгрузки в военные лагеря. Ссылайся на неурожай и порчу мышами. — Принято, – кивает брат, доставая из рукава блокнот. – Срок исполнения – три дня. Оценка последствий – голодный бунт в гарнизонах через две недели. — Отлично, – я откидываюсь на спинку сиденья и закрываю глаза. – Пусть Су Чжэнь попробует усмирить голодных солдат стихами о лунном свете. Посмотрим, насколько глубока его поэтическая гармония, когда солдаты начнут есть его лошадей. |