Онлайн книга «Покой нам только снится»
|
— Су Чжэнь на севере уже распродал половину казенных лошадей, чтобы оплатить долги за игру в кости, – тихо произносит Ли Юань, наклоняясь чуть ближе. Запах мороза и стали становится отчетливее. – Варвары узнают об этом к весне. Когда они прорвут заставы, Император будет вынужден казнить клан Су, чтобы успокоить толпу. А ваш отец, чудесным образом исцелившись, вернется в седло. Это ваш план? — Моя ничтожная семья не смеет строить планы за спиной у Сына Неба, – безупречно вежливо отвечаю я, опуская ресницы. – Мы лишь заботливые подданные. Если варвары придут, мы, конечно, продадим Империи зерно и железо. По справедливой, разумеется, рыночной цене, хотя… вероятнее с небольшой наценкой за срочность и риски военного времени. Уголок губ Ли Юаня дрогает в подобии улыбки. — Вы безжалостны, Чжао Юньси. Вы опаснее любого мятежника, потому что мятежник хочет занять трон, а вы, кажется, хотите купить сам дворец, чтобы сдать его в аренду. — Трон – это просто стул с неудобной спинкой и кучей обязательств, – парирую я, поднимая на него взгляд. – Мне не нужна корона, князь. Мне нужно, чтобы тот, кто ее носит, платил по счетам вовремя. А ваш племянник, увы, оказался злостным неплательщиком. Ли Юань молчит несколько мгновений, изучая меня так, словно видит насквозь, до самых потаенных уголков души, где вместо розовых лепестков лежат слитки золота и своды законов. Затем он медленно поднимается, его черные одежды шуршат, как крылья ночной птицы. — Император спросил меня сегодня, стоит ли ему бояться дома Чжао, – произносит князь, глядя на меня сверху вниз. Золотые нити на его плечах ловят последний отблеск лампы. – Я ответил, что бояться нужно не вам. Бояться нужно того дня, когда вы решите, что Империя больше не приносит дивидендов. — Передайте Его Величеству, что его инвестиции в мое терпение пока что окупаются, – отвечаю я, оставаясь сидеть. – И князь... в следующий раз, когда решите нанести ночной визит, предупреждайте. Я бы предложила вам вино получше. Этот пуэр был заварен для матушки, а она предпочитает купаж покрепче. Ли Юань склоняет голову в легком, насмешливом поклоне, в котором сквозит неподдельное уважение. — Учту, госпожа Чжао. Спокойной ночи. И пусть ваши карты всегда сходятся. Ли Юань делает шаг назад, и тень поглощает его. Лишь легкое колыхание бумажной ширмы и усилившийся запах мороза выдают, что я снова одна. Я сижу неподвижно, слушая, как ветер за окном треплет ветви сосны. Сердце бьется ровно, без единого сбоя. Я протягиваю руку и убираю лист рисовой бумаги, снова открывая карту северных провинций. Беру кисть, обмакиваю в черную тушь и жирной линией перечеркиваю старый логистический узел, принадлежавший клану Су. Переворот? Какая пошлость. Настоящая власть не нуждается в штурме дворцовых стен. Настоящая власть – это когда император сам подписывает указ о передаче тебе ключей от казны, искренне веря, что это была его идея. Я улыбаюсь своему отражению в темном окне. Покой нам только снится. Но, похоже, этой ночью я буду спать с улыбкой. Завтра предстоит скупить еще три шелковые мануфактуры, и мне нужно будет выглядеть безупречно скорбящей о судьбах отечества, подписывая акты о банкротстве. |