Книга Покой нам только снится, страница 13 – Анастасия Рафаенко

Нас про­во­дят в бо­ко­вую га­ле­рею, от­де­лен­ную от Им­пе­ра­тор­ско­го Ка­би­не­та лишь тя­же­лой шел­ко­вой шир­мой, рас­ши­той зо­ло­ты­ми дра­ко­на­ми. Здесь, в по­лу­мра­ке, мы долж­ны до­ждать­ся глав­но­го ев­ну­ха, что­бы пе­ре­дать яш­мо­вую пе­чать. Но сквозь тон­кие ни­ти шел­ка мне пре­крас­но вид­но и слыш­но все, что про­ис­хо­дит по ту сто­ро­ну.

Им­пе­ра­тор си­дит за сво­им мас­сив­ным сто­лом из чер­но­го де­ре­ва. Он вы­гля­дит ста­рым, устав­шим че­ло­ве­ком, чье ли­цо ис­пещ­ре­но мор­щи­на­ми, по­хо­жи­ми на тре­щи­ны на вы­сох­шей глине. Но его гла­за, тем­ные и без­дон­ные, как ко­ло­дец без дна, оста­ют­ся пу­га­ю­ще яс­ны­ми. Пе­ред ним ле­жит эдикт, на­пи­сан­ный ру­кой Наслед­но­го Прин­ца. Тот са­мый эдикт о на­зна­че­нии Су Чж­эня на пост Глав­но­ко­ман­ду­ю­ще­го Се­вер­ны­ми Ру­бе­жа­ми и пе­ре­да­че ло­ги­сти­ки кла­ну Су.

Глав­ный сек­ре­тарь Тай­но­го Со­ве­та, че­ло­век, чья спи­на со­гну­лась от де­ся­ти­ле­тий служ­бы, ти­хо про­из­но­сит:

— Ва­ше Ве­ли­че­ство, это на­зна­че­ние на­ру­ша­ет все неглас­ные пра­ви­ла ба­лан­са сил. Клан Су не име­ет ни опы­та, ни ре­сур­сов для снаб­же­ния ар­мии. Се­вер­ный ве­тер не ща­дит тех, кто чи­та­ет сти­хи вме­сто сво­док о фу­ра­же. Ес­ли вар­ва­ры про­рвут за­ста­вы...

Им­пе­ра­тор мед­лен­но под­ни­ма­ет ру­ку, и сек­ре­тарь мгно­вен­но за­мол­ка­ет. В за­ле по­ви­са­ет ти­ши­на, на­столь­ко гу­стая, что звон неф­ри­то­вых под­ве­сок на мо­ем по­я­се ка­жет­ся оглу­ши­тель­ным. Я за­дер­жи­ваю ды­ха­ние, на­блю­дая за про­фи­лем пра­ви­те­ля Ве­ли­кой Янь. В этот мо­мент я ви­жу не от­ца, опла­ки­ва­ю­ще­го глу­пость сы­на, и не муд­ре­ца, пе­ку­ще­го­ся о бла­ге го­су­дар­ства. Я ви­жу без­жа­лост­но­го ин­ве­сто­ра, ко­то­рый хлад­но­кров­но на­блю­да­ет, как неопыт­ный на­след­ник сжи­га­ет его ка­пи­тал.

— Мой сын ве­рит, что ми­ром пра­вят вы­со­кие чув­ства и кра­со­та сло­га, – го­лос Им­пе­ра­то­ра тих, но он раз­но­сит­ся по за­лу, как скре­жет ста­ли по кам­ню. – Он счи­та­ет, что ар­мия – это де­ко­ра­ция для его три­ум­фов, а каз­на – без­дон­ный сун­дук с со­кро­ви­ща­ми. Он хо­чет окру­жить се­бя льсте­ца­ми, ко­то­рые бу­дут шеп­тать ему слад­кие сказ­ки.

Им­пе­ра­тор бе­рет в ру­ку кисть из вол­чье­го во­ло­са, об­ма­ки­ва­ет ее в ки­но­варь. Крас­ная кап­ля, тя­же­лая и гу­стая, как кровь, по­ви­са­ет на кон­чи­ке.

— Пусть учит­ся, – про­из­но­сит Им­пе­ра­тор, и на его гу­бах мель­ка­ет тень ци­нич­ной, же­сто­кой усмеш­ки. – Уро­ки, опла­чен­ные чу­жой кро­вью, усва­и­ва­ют­ся луч­ше все­го. Ес­ли клан Су раз­ва­лит ар­мию, на­род воз­не­на­ви­дит не Прин­ца, а его со­вет­ни­ков. А ко­гда вар­ва­ры по­дой­дут к сте­нам сто­ли­цы, мой сын на­ко­нец-то пой­мет, что по­э­зия не оста­нав­ли­ва­ет стре­лы. То­гда он сам, на ко­ле­нях, при­пол­зет об­рат­но к ге­не­ра­лу Чжао и бу­дет умо­лять его вер­нуть­ся. А я... я про­сто под­пи­шу этот указ.

Кисть опус­ка­ет­ся на бу­ма­гу. Рез­кий, уве­рен­ный ро­счерк. Пе­чать Им­пе­рии, тя­же­лая и неумо­ли­мая, остав­ля­ет на эдик­те баг­ро­вый след. Се­кре­тарь кла­ня­ет­ся до са­мо­го по­ла, его пле­чи дро­жат. Он по­ни­ма­ет, что толь­ко что стал сви­де­те­лем то­го, как Им­пе­ра­тор сдал три се­вер­ные про­вин­ции в жерт­ву пе­да­го­ги­че­ско­му экс­пе­ри­мен­ту.