Книга «Я тоже» не значит «люблю», страница 139 – Виолета Рид

— Тс-с-с!

Когда Ноа и Элли наконец поцеловались, я уставилась на экран сияющими глазами.

— Это так красиво… – вздохнула я, околдованная сценой.

— Ага, вершина романтики, – съязвил он.

— Тихо, сейчас самый лучший момент!

Но Уилл и не думал умолкать – он продолжал ворчать и язвить до конца фильма. И, когда пошли титры, спросил:

— Ты что, плачешь?

Вместо ответа я еще крепче обхватила колени. Если бы открыла рот, наверняка бы всхлипнула.

— Ну же, глупышка. – Он придвинулся и мягко провел ладонью по моему левому плечу. – В конце концов, это ведь счастливый финал. – Свободной рукой он указал на экран.

— Ага…

Я была растрогана. И кожа под его ладонью мгновенно потеплела. Мне хотелось, чтобы Уилл обнял меня так же, как в тот раз у меня в комнате.

— Ну что, чем ты собираешься мучить меня теперь? – Он выключил фильм. – Может, выберешь комедию?

Вытерев слезы, я несколько секунд смотрела на него.

— Ладно. – Я приняла протянутый мне пульт. – Что предпочитаешь: «Как отделаться от парня за десять дней» или «Сумерки»?

— Предпочту выстрелить себе в яйца.

Я расхохоталась сквозь остатки слeз.

В итоге я поставила «Письма к Джульетте». В этом фильме девушка приезжает в Верону, и ее жизнь меняется, когда она находит старое любовное письмо. На этот раз проиграла я. Как только на экране появилась Аманда Сейфрид, я воскликнула:

— О боже! Посмотри на нее, она такая красивая! – и мечтательно вздохнула.

— Я знал, что выиграю. – Уилл потер руки и насмешливо посмотрел на меня. – Ну что ж, после этой тягомотины придется смотреть шедевр. Например, «Дюну».

— Нет, пожалуйста! – взмолилась я.

– Ты проиграла, Ракель. Смирись.

Четыре слова – и у меня внутри снова все перевернулось.

«Тебе слишком нравится, когда он говорит по-испански».

В середине фильма я ненадолго ушла к себе. Мне стало немного холодно, и я накинула поверх топа свободную желтую рубашку. Когда я вернулась, Уилл уже развалился на диване. Увидев, что у него на коленях кот, я остановилась на почтительном расстоянии.

— Он ничего не сделает, – пообещал Уилл.

— Точно?

Он кивнул.

— Если боишься, я его уберу.

— Нет, все в порядке. Я попробую. – Я села как можно дальше от них.

Кот был двухцветный: в основном белый, с несколькими рыжими полосками. Глядя на него рядом с хозяином, я вдруг подумала, не выбрал ли Уилл его из-за того, что у них обоих глаза разного цвета. Почему-то эта мысль и то, как спокойно кот лежал у него на коленях, подтолкнули меня придвинуться чуть ближе.

«Пора встретиться со своими страхами».

Я села ближе, и Уилл перевел на меня взгляд.

— Я не то чтобы панически их боюсь, – ответила я на его немой вопрос. – В тот вечер я скорее испугалась от неожиданности.

Протянув руку, я задержала ее в нескольких сантиметрах от кота. Осмелилась на мгновение коснуться головы и тут же резко отдернула пальцы.

Уилл подбодрил меня взглядом, и я рискнула погладить Перси еще раз.

Моя гриффиндорская гордость победно взревела.

— Ладно, – сдалась я с колотящимся сердцем. – Это оказалось не так ужасно, как я думала, – сказала я, возвращаясь на свое место.

— Как прошло твое свидание? – спросил Уилл, не отрывая взгляда от кота.

— Хорошо. Паркер был милым и внимательным. Вовсе не таким напыщенным, как ты говорил.

Уилл откинулся на спинку дивана и повернул голову ко мне.