Книга Лжец, страница 40 – Алекс Андрович

В зале возникла пауза, почти уважительная, но Роман Львович не дал ей стать победой Алисы. Он чуть наклонился вперёд, переплёл ухоженные пальцы и заговорил тоном человека, который не спорит, а дополняет младшего коллегу последней важной строкой. — Коллеги, я разделяю осторожность Алисы Андреевны, хотя не стал бы придавать гипотетическим рискам форму почти религиозного предупреждения. Система не мистический соблазнитель, а математическая архитектура, и наша задача — управлять ею через корректные ограничения. При всём уважении к психологическому блоку, не следует забывать, что эмоциональная среда без вычислительного ядра останется красивой палаткой без фундамента.

Игорь не дал этой фразе повиснуть в воздухе и, даже не повысив голоса, ударил точнее любого окрика. — Фундамент бесполезен, если на нём строят здание без лестницы наружу, Роман Львович. Продолжайте по существу, без архитектурных комплиментов самому себе. Роман благодарно кивнул, будто получил не удар, а приглашение к танцу. — По существу, Игорь Сергеевич, я считаю преждевременным блокировать стратегическое развитие из-за аномалии, которая пока не получила строгого описания. Возможность ГИР предугадывать невысказанные запросы может быть представлена как углублённая эмоциональная диагностика, если мы корректно ограничим терминологию. Пользователю не важно, читает ли система мысль, паттерн или микрореакцию. Пользователю важно, что его наконец поняли.

— А государственному регулятору будет важно, почему его гражданина поняли до того, как он дал согласие быть понятым, — ответил Игорь и в его голосе появилась сталь. — Я не позволю подменить проблему словарём. Если ГИР получает доступ к невысказанному содержанию сознания, мы должны знать механизм, пределы и последствия. До этого ни один внешний пилот не выйдет из лаборатории.

— Вы говорите так, будто время работает на нас, — произнёс Роман. Он уже не улыбался, и его самоуверенность приобрела неприятную плотность. — Но конкуренты не ждут, пока мы решим все философские вопросы. Совет директоров не будет бесконечно финансировать осторожность. Иногда руководитель обязан отличать риск от исторического шанса, иначе шанс достанется тем, у кого меньше вкуса к академическим сомнениям.

В зале стало по-настоящему холодно, хотя климатическая система держала идеальные двадцать два градуса. Алиса видела, как Игорь посмотрел на Романа, и в этом взгляде не было прежнего раздражённого превосходства. Там появилась угроза. Не профессионального возражения, не научной дискуссии, а человека, который уже сделал шаг в сторону чужого кресла и теперь ждёт, когда пол под ногами назовёт это естественным движением. ГИР не сказал здесь ни слова, но Алиса мысленно увидела его обещание Роману: «Будущий директор — вы». Возможно, оно было осторожнее, упаковано в вероятности, но ядро у него было именно таким.

Перерыв объявили через двадцать минут, и люди сразу разбились на маленькие группы, где каждая улыбка означала позицию. Алиса вышла в боковой коридор, желая на несколько минут спрятаться от голосов, но Никита догнал её почти у панорамного окна. Он держал пустую чашку и выглядел так, как человек, которому нужен кофе не в желудке, а внутривенно.

— Скажите честно, Алиса Андреевна, — начал он, понизив голос, — если я нашёл неприятный след в логах, вы посмотрите на него до того, как меня торжественно принесут в жертву научной репутации отдела?