Книга Пепел золотой птицы, страница 146 – Анастасия Логинова

— Да… уверен. Чья же еще?! – Снова прозвучало не особенно убедительно, но Петр Громов вдруг проявил настойчивость. – Я отлично знаю его почерк. Это определенно написал отец! Просто я так взволнован случившимся…

Он тоже отошел – с высоты окна второго этажа посмотрел вниз, на ужасающую картину.

Младший его примеру не последовал. Он осмотрелся в комнате и вдруг спросил уже персонально у Воробьева:

— Это ее номер? Нашей настоящей кузины?

— Да, их с мужем, – отозвался Кирилл Андреевич.

Виноградов к тому времени отошел куда-то: его допрашивала полиция. В маленькой гостиной с разбитым окном и разбросанными вещами остались лишь двое Громовых и они с Сашей.

Кирилл Андреевич много раз воображал у себя в голове, как сложится разговор с несомненным его соперником – и всякий раз в мечтах своих, Громов сам себя выставлял глупцом и полным недоразумением.

На деле все оказалось не так: глупцом Алексей Игнатьевич определенно не был.

— Мы с братом, разумеется, уже осведомлены обо всех этих сплетнях… – рассказывал он. – Да что там, весь город осведомлен! Каждая собака в подворотне знает, что Татьяна – самозванка. А настоящая наша кузина – будто бы полоумная убийца. Утопила послушницу монастыря, сбежала из дому и развратничала в Париже. А потом вернулась в Зубцов, чтобы конфетами отравить ту, которая украла ее имя. И эту вторую все жалеют: потому как она, хоть и самозванка, но ничего дурного никому не сделала. Со всеми мила, добра, почтительна, а к тому же жертвует на благотворительность школам и больницам. Золото, а не женщина!

— Татьяна и впрямь никому ничего дурного не сделала, – вяло возразил его брат. – Я знаю ее больше десяти лет, и за все время видел от нее лишь добро – самозванка она или нет.

Младший глянул на старшего хмуро, но возражать не стал. Лишь заметил:

— Как бы там ни было, мне бы хотелось встретиться с настоящей Татьяной. Жаль, что мы разминулись. То есть, мы с нею виделись, разумеется – на том сеансе, Александра Васильевна, помните? Но, верите или нет, у меня и мысли не возникло, что женщина под именем Наталья Виноградова – моя кузина! Я совсем не помню ее лица, выходит… А ведь, если это правда, и она действительно останавливалась в Париже в то самое время, покуда и я учился там – мы могли еще тогда столкнуться. Подумать только…

— Да, это странно, что не столкнулись, – не мог не заметить оговорки Воробьев. – Если мне не изменяет память, университет Сорбонны находится именно что в черте Парижа. Вы могли не видеть кузину, но уж точно должны были хоть раз услышать о ней. Не думаю, что фамилия Громова очень уж часто встречается во Франции.

Громов пожал плечами:

— Воля ваша не верить. Должно быть, в разных кругах мы вращались: я все больше пропадал в библиотеках, а не на гуляньях.

— Молодой и небедствующий студент в мировой культурной столице коротал вечера в библиотеках? – с подозрением прищурился Кирилл Андреевич.

Воробьев, правда, и сам за все годы своего студенчества в Петербурге редко выбирался куда-то, кроме библиотек и лабораторий. Однако как развлекались другие студенты, он прекрасно был наслышан! А себя полагал редчайшим исключением из правил.

— Представьте себе, так и было! – возмущенно поправил очки Громов. – Если угодно знать, то батюшка не особенно баловал меня деньгами. Мне приходилось много учиться, самому давать частные уроки, потом я занял небольшую должность в коммерческом банке, чтобы набраться опыта – и лишь изредка удавалось куда-то выбраться с друзьями.