Книга Город в когтях зверя. Детектив советской эпохи, страница 13 – Елена Архипова

С этими мыслями он и шёл по городу. Временами вспоминалась сегодняшняя ссора с женой. Впрочем, женским соплям и слезам он никогда особого значения не придавал: покричит да отстанет. Баба есть баба, и хорошего ждать от неё нет ни смысла, ни желания. За два года семейной жизни жена стала для него некоторой частью домашнего интерьера: шкафом, кроватью… Нет, пожалуй, не больше, чем кроватью, ибо всё остальное было такой серенькой повседневностью, что даже память тратить на это не хотелось. В женщину-личность он не верил вообще, а когда в шахтёрской бригаде заводили разговор о любви и о женских достоинствах, он просто молчал, наверняка зная, что это — только слова, а в жизни всё совсем иначе.

Вера Чулюкова (из материалов уголовного дела)

Его внимание привлекла идущая впереди женщина. У ресторана «Кузбасс» стояла полупьяная толпа. Женщина с опаской подняла на стоящих глаза, но всё же продолжала следовать дальше. Переходя улицу на перекрёстке, она оглянулась, и он успел заметить светлые волосы, большие глаза. Дальше они шли вдвоем: она, уставшей походкой, погруженная в свои мысли, и он — с мыслью о том, как же заговорить и как отреагирует женщина. Впрочем, на этот случай у него всегда имелась готовая фраза: «Давай переспим, а!?». Пользовался он ею в последнее время частенько: некоторые реагировали, резко ускоряя шаг, потом бежали, некоторые — более смелые или доверчивые — пытались отшутиться. А некоторые отшучивались и… соглашались. Но встречались такие очень редко, а некоторые уговаривали, советовали не нарушать закон, угрожали последствиями.

Помнится, в начале мая он впервые применил своё оружие — обычный молоток, который и сейчас был с ним. Молоток всегда лежал в кладовке, и никто из домашних не подозревал, что иногда он становится орудием смерти. Именно о нём упоминалось во всех медицинских и милицейских заключениях: «Телесные повреждения нанесены тупым твёрдым предметом». Сейчас убийца сжимал его в кармане брюк, не будучи ещё окончательно уверенным: пустит сегодня молоток в ход или нет.

Место, где был обнаружен труп Веры Чулюковой (из материалов уголовного дела)

Запомнилась первая жертва, подвыпившая молодая женщина, неожиданно вынырнувшая перед ним из темноты. Она попыталась было убежать и даже закричала в надежде на какую-либо помощь. Вот тогда он и ударил её молотком сзади по голове, а потом оттащил женщину в кусты, где она пришла в сознание и поведала ему, что сбежала из больницы, где лежит на сохранении беременности. Они даже почти разговорились: она предложила ему сигарету, рассказала, что накануне ходила гадать к одной знакомой старухе, что живёт в районе базара, и та нагадала ей что-то очень хорошее, а вот теперь предсказания гадалки не сбываются, потому как получить по голове — хорошего мало. Он хотел было отпустить ее, но вспомнил, что, когда прикуривал, она могла рассмотреть его лицо и опознать при случае.

Он боялся сделать даже маленький неосторожный шаг. Он давно стал зверем, загнанным зверем, который существовал среди людей, но уже знал, что живет не по их, а по иным, звериным законам. Днём он был, как все, а ночью рыскал по улицам в поисках жертв, даже не подозревая о том, что и сам уже давно стал жертвой.

Женщина удалялась. «Если направо пойдёт, ну её, — отпущу, а если налево — пойду за ней», — подумал он. От Дворца культуры отделилась компания парней. Прошли мимо. Несколько раз его и женщину обгоняли машины, упираясь светом фар в спины. Встречных машин не было. Женщина повернула налево. Боясь потерять её из виду, он ускорил шаг. У деревянного двухэтажного барака жертва приостановилась, но, почувствовав, что сзади кто-то идёт, побежала. Он окликнул её, пустив в ход заготовленную фразу. Женщина вскрикнула и побежала быстрее.