Онлайн книга «Город в когтях зверя. Детектив советской эпохи»
|
…А через три дня после выписки из больницы Сергей придёт домой к Наташе, где его все любят и считают почти своим, и они до полуночи будут целоваться у подъезда, вызывая негодование у некоторых соседей. Но им будет всё равно, что о них скажут. Они будут смотреть на небо, придумывать названия звёздам и считать, что так будет всегда. После окончания восьми классов Серёжка поступил в горное училище. Причин тому было множество: профессия для настоящего мужчины, в перспективе — постоянный достаток в семье, да и из города уезжать не хотелось — при доме-то спокойнее. И зачем искать счастье где-то, если оно рядом: звонкоголосое, хрупкое, с огромными серо-голубыми глазами. Поезжай хоть на край света — такое не сыщешь. Серёжке было уже семнадцать. Говорили, что они с Наташей чем-то похожи. А в них действительно было сходство, как похожи друг на друга все влюблённые Земли, как похоже пение одного соловья на пение другого, как похожи друг на друга далёкие звёзды. Серёжке казалось, что нет на свете ничего прочнее, чем их любовь. Наташа была чуть сдержаннее, на пылкие Серёжкины излияния отвечала уклончиво или смеялась: о чём серьёзном можно говорить в таком возрасте (она была чуть младше)? И хотя обещала дождаться его из армии, но где-то в глубине души и сама этому не очень-то верила. А Серёжка верил и даже строил планы их последующей совместной жизни. Однажды в порыве откровения он поделился было своими планами с отцом. Тот посмотрел на Серёжку с таким недоумение и презрением, что парню стало стыдно и страшно: «Думаешь, эта вертихвостка дождётся тебя из армии? Держи карман шире! Это только в книжках про любовь красиво пишут, а в жизни… Да пока ты там будешь, она тут со всеми… Нашёл кому верить — бабе: да им от мужиков только деньги да ещё кое-что подавай!». Такого поворота Серёжка не ожидал. Отец мгновенно стал каким-то чужим и непонятным человеком, а с Серёжкиных глаз словно спала пелена: он взглянул на жизнь отца с матерью совсем другими, взрослыми глазами. Вспомнил, как ещё совсем маленьким бегал к матери в больницу, ведь это тогда её… отец, а сказали, что упала с крыльца. Через несколько дней после того разговора Серёжка подошёл к отцу, прямо глядя ему в глаза, и сказал: «Слушай-ка, если ты ещё хоть раз мать тронешь…» «Дурак ты, — снисходительно проронил отец, — а с дураком разговаривать — время попусту терять». С тех пор отношения между ними так и не наладились… Годы учёбы летели незаметно, не оставляя следа ни в душе, ни в памяти. Да и сам он был в то время настолько незаметен, что, когда по прошествии нескольких лет зайдёт о нем разговор среди учителей, никто ничего особенного и не вспомнит: обычный, учился средне, ничем не выделялся, не пропускал занятия да и друзей вроде не имел. Хотя были друзья, но все какие-то временные, с которыми можно вместе сбегать в столовую, в кино, мяч попинать, а вот поговорить по душам… Да и бог с ними, у него была Наташка, с которой он мог и говорить обо всём, и молчать обо всём. Поговорить о том, как она будет дожидаться его из армии, о временах, когда он вернётся, и они снова будут вместе, а помолчать о том, что так тревожило его душу, то есть опять о том же: как она будет ждать его из армии, как он вернётся… И вот этот день наступил. Она провожала его от военкомата, а когда Серёжка сел в автобус, бежала по асфальту мимо Дворца культуры и всё махала ему рукой. А когда автобус скрылся за мостом, Наташа заревела так, что подошла Серёжкина мать и еле её успокоила, а, успокоив, сказала: «Заходи хоть иногда, Наташенька». Но визита предполагаемой снохи так и не дождалась… |