Книга Племянница из провинции, страница 36 – Дина Зарубина

Непривычно, но она несказанно хороша в декольтированном платье темно-зеленого цвета. Лицо, будто цветок на стебле изящной шеи выходит из обрамленной кружевами чаши глубокого выреза. Дразнящие полукружия так пикантно приоткрывают сокровенное. Отец бы сказал, что это величайшая непристойность, а придворные пожрали бы ее похотливыми взглядами исподтишка.

— Со стороны Кэллавейна подъехал почетный эскорт, – доложил старший охраны Шинъян, держа глаза в пол.

Принцессе захотелось приказать ему посмотреть в глаза, насладиться мужским восторгом и жаждой обладания… а потом казнить за непочтительность! Но он еще нужен. Отец ему доверяет. Пусть поживет еще этот мужлан.

— Выезжаем! – приноравливаясь к непривычно тяжелой многослойной юбке, принцесса направилась к своей роскошной карете.

Она не видела, каким взглядом ее проводил сотник Шинъян. Взглядом, далеким от обожания.

Впрочем, Эллибет уже забыла о нем, усевшись на мягких подушках и предаваясь мечтам о троне, власти, королевстве у ее ног.

* * *

— Что? – Даэнир посмотрел на стражника, вытолкнувшего вперед заплаканную девчушку в красном катабском покрывале, изрядно замызганном и рваном.

— Не могу знать, ваше темнейшество! – гаркнул стражник во всю мочь легких.

Девушка пискнула, присела и закрыла голову руками.

— Реакция у девушки, однако, – отметил вполголоса Камилло Манси.

В честь приезда принцессы его подрядили в оруженосцы принца. Больше никто не мог выдерживать темную ауру, а Камилло на нее не реагировал. Поэтому и болтался возле принца, бдительно отслеживая хищные лапы и косые взгляды.

Пусть черный, но Дэн наш черный! И нечего на него пасть разевать всяким иноземным хищницам. Ничего-то вы в черных магах не понимаете!

— Что орешь, придурок? Докладывай, как полагается. Видишь, девчонка и так вся трясется.

— Ваша мрачность, стоим в охранении, подъезжает катабский стражник, сует мне кошель и вот эту девчушку. Говорит: «Спаси и спрячь, богом прошу!». И все. Стражник смылся, девчонка повалилась наземь. Напарник ей, стало быть, выгонки, водички дал, отошла. Плакать стала, лепечет что-то.

— Ясно, свободен. Не плачь, расскажи, что случилось, – на идеальном катабском обратился принц к девушке. Вместо ответа она ожидаемо залилась слезами. Принц тяжело вздохнул. – Камилло, друг мой, дай ей умыться, поесть, отведи к донне Ярве. Пусть она займется. Баню организует, переоденет.

— Дон Даэнир, пусть Алессио ей сопли вытирает, я от вас ни на шаг не отойду! Вдруг шпионка, с отравой или зельем подосланная?

— Спасибо, Ками. Как-то не подумал, – смутился принц. В Кэллавейне на него покушаться охотников не находилось, но Катабия вполне могла вырастить и подослать убийцу. Они верят в яд и кинжал больше, чем в колдовство. Своих магов повывели давно. – В общем, уберите девчонку с глаз долой. Некогда сейчас с ней разбираться.

— И запереть, – кивнул Камилло, протягивая девушке руку.

* * *

Тобахон всегда знала, что Бурун хороший человек. И смотрел стражник на нее всегда ласково, и не щипал за мягкое место, когда мимо шла. Когда принцесса велела отрубить ей руки, Бурун как раз стоял у шатра принцессы. Сам ее подхватил и вытащил.

— Кричи громче, – шепнул. Сам кивнул напарнику и к лошадям кинулся.

Обмершая Тобахон висела у него на руках, ожидая страшной боли. После ее сожрет зубастая тварь из леса, который был совсем рядом, протягивал скрюченные ветки, шипел и свиристел незнакомыми голосами, визжал и хохотал.