Книга Племянница из провинции, страница 35 – Дина Зарубина

— Ты не представляешь, какие они важные, эти маги, – прошептала донна Роза. – Мы для них люди второго сорта, не стоящие внимания.

— Да вроде нормально все. Отдала донесение, он собрался и пошел. Сразу.

— Просто молодой еще, – вздохнула донна Роза. – Его папаша бы заявку неделю держал, а потом приехал бы, всех обфыркал, нашел бы кучу нарушений обработки и хранения корреспонденции, и выписал бы штраф, как отсюда до горы Чирунда. Это тебе повезло, что на младшего Холли наткнулась.

— Да он там один был…

— Да ты что? – Рассмеялась донна Роза. – Дежурных магов не меньше десятка! Целый этаж занимают!

Я только вздохнула. Значит, тот почтальон надо мной подшутил, раз направил в тот кабинет. Вот сделал пакость и порадовался. Ну и ладно, все в итоге вышло к лучшему.

Эллибет вовсе не собиралась представать перед женихом в потном растрепанном виде. Да, женихом! Просто ее Даэнир чуточку поспешил. Совершил ошибку, которую она ему охотно простит, когда на ее пальчике окажется изумруд размером с лесной орех, а на голове корона.

У мужчин бывают разные увлечения, этого она насмотрелась во дворце, в гареме отца. Всем претит однообразие. Умная женщина не будет рыдать и скандалить. Вопящая женщина выглядит ужасно, на нее смотреть лишний раз не хочется, а мужчины ценят мягкость, удобство и комфорт. Пусть мужчина посетит чужую спальню. Пусть. Соперницу можно тихо отравить, даже не до смерти, пусть высохнет и пожелтеет. Можно столкнуть с лестницы, чтоб сломала ноги, обвинить в измене, обрить налысо, заразить чесоткой или оспой… способов много.

В Кэллавейне нет гаремов. Она будет единственной женой, у нее развязаны руки. Наглую выскочку, сумевшую дотащить ее Даэнира до храма, она сотрет в порошок. Раздавит, как таракана! Кто сумеет воспротивиться ее воле? Она принцесса, она несметно богата, за ее спиной Катабия и войско отца. У нее здесь сотня стражников и два десятка слуг. У нее есть шпионы и тайные убийцы. Она прикажет выволочь наглую тварь, раздеть догола, пустить по кругу, высечь кнутом, затем затравит пантерами! Не зря же с ней едут в клетке ее любимицы, черная Илулу и пятнистая Карема.

Принцесса сжимала и разжимала пальцы, представляя расправу над жалкой тварью, посягнувшей на ее трон, пока служанки приводили в порядок ее тело и волосы.

Служанки трепетали и бледнели. Одна оказалась так напугана, что уронила кувшин с водой. Холодные брызги окатили ноги принцессы.

— Косорукая дрянь! – пощечина оказалась тяжелой, прислужница упала и заскулила на пушистом ковре шатра. – Не желаю ее больше видеть! Отрубите ей руки и выкиньте из обоза в лес! Зверям надо питаться!

Шатры они расставили у последнего пограничного пункта Валечиа, чтоб войти на территорию Кэллавейна во всем блеске и роскоши султанского посольства.

Двое стражников подхватили рыдающую служанку и вытащили из шатра.

— Подайте зеленое платье с серебром! Изумрудную диадему! – приказала принцесса. Она умела носить катабские одежды, и любые другие с тем же изяществом. В Катабии прячут лицо и грудь, но не считают живот и ноги чем-то особенным, а в Кэллавейне, наоборот, лицо и грудь открывают, но прячут все остальное. Щиколотку показать считается фривольным и неприличным. У нее тонкие, изящные щиколотки, украшенные золотыми цепочками с колокольчиками. Прятать такую красоту? Ничего, она введет новую моду.